Партийное руководство:

БЕЗ ПОДМЕНЫ, ЧЕРЕЗ ЧЕЛОВЕКА

 

Множеством самых разнообразных уз связаны местные партийные органы с материальной и духовной жизнью своих регионов, с трудовыми коллективами предприятий, хозяйств, организаций. Жизнь эта в немалой степени определяется строителями, ведь создаваемые или обновляемые их руками заводы, электростанции животноводческие комплексы, жилые кварталы не только служат весомой добавкой к прежнему материально­му базису, но и по-своему изменяют качество жизни лю­дей, делают ее содержательней, комфортной, красивой. С другой стороны, задержка с пуском предприятия, не­доделки в только что сданном в эксплуатацию доме обо­рачиваются как экономическими, так и нравственными потерями. И потому партийцы на местах, призванные на практике проводить линию Коммунистической партии, стремятся постоянно повышать качество партийного воз­действия на всех участников капитального строительства.

Ценный опыт такого руководства накоплен в Сара­товской области. Здесь по инициативе областного коми­тета партии хозяйственные и советские органы разрабо­тали и настойчиво реализуют комплексную систему уп­равления эффективностью капитального строительства (КСУЭКС).

«Мы — люди практического склада». Разговор с уп­равляющим областной конторой Стройбанка Комаровым то и дело прерывали телефонные звонки. Один из них прямо-таки расстроил Николая Петровича.

— Да не можем мы согласиться с включением объ­екта в план, — настойчиво убеждал он своего собесед­ника. — У вас же не хватает денег, чтобы закончить его в нынешнем году. К чему плодить незавершенку?

Но на другом конце провода, видимо, обладали до­статочной властью, чтобы «давить» на управляющего.

—   Не могу,— стоял на своем Комаров.— Это нару­шение порядка планирования. Что? Нет, обком партии мою позицию полностью поддерживает. Если не соглас­ны, обращайтесь туда...

—   Раньше таких звонков: мол, дайти строчку в пла­не — было не в пример больше, — с облегчением кладя трубку, подвел итог телефонному разговору Комаров.— Да и от редких нынче отбиваться стало легче: областной комитет требует и сам помогает бескомпромиссно отсеивать нереальные объекты.

Конечно, наведение порядка при формировании пла­нов— архизлободневно. Но не слишком ли часто в этом минирепортаже из банковского учреждения фигуриро­вал партийный орган, не подменяют ли партийцы хозяй­ственников?

—  О подмене здесь и речи быть не может, — отвечает секретарь обкома партии Константин Платонович Муренин. — Просто мы взяли за принцип: без непосредственного воздействия работников областного, городских и районных комитетов и прежде всего их руководителей на положение дел в строительстве, без черновой работы с участниками инвестиционного процесса добиться серь­езного прогресса в этой области трудно.

В первой подсистеме КСУЭКС (она посвящена совер­шенствованию планирования и управления) так и запи­сано: формирование плана строительства производить с •широким участием партийных, советских и обществен­ных организаций. Но, чтобы это стало их каждодневной заботой, сначала нужна достаточно полная и объектив-рая информация. Ею, как правило, располагают специа­листы Стройбанка и Госбанка (последний финансирует строительство на селе). Однако, если не считать последних лет, рассказывал Комаров, то банковские сотрудни­ки не чувствовали, чтобы данные экономического ана­лиза, сведения об обеспеченности строек проектами, обо­рудованием и финансовыми ресурсами, о размерах незавершенного строительства действительно кому-то бы­ли нужны для повседневной работы.

Пример в использовании этой информации показал областной комитет. Так, задания на 1981 г. были самым тщательным образом рассмотрены в каждом его отделе и у секретарей. Анализировали все стройки — большие В малые, промышленные и культурно-бытовые, потому что даже ложка дегтя (скажем, один нереальный объект), как известно, может испортить бочку меда — де­зорганизовать выполнение всей пусковой программы треста. Смотрели: сходятся ли концы с концами, т.е. ввод основных фондов, лимит капитальных вложений и объем строительно-монтажных работ. Остаток сметной стоимости по объекту, к гримеру, 800 тыс. руб., а вы­делено только 600 тыс. Сможет ли заказчик раздобыть в министерстве еще 200 тыс. и ввести объект в эксплуа­тацию уже в этом году? Нет? Тогда лучше законсерви­ровать его, а деньги — для ускорения отдачи от них — использовать в другом месте.

План заказчиков и строителей рассматривали под двумя углами зрения — приближения сроков пуска про­изводственных мощностей и объектов и сокращения не­завершенного строительства. И одновременно добива­лись, чтобы эта же забота стала делом первостепенной важности для каждого руководителя — хозяйственного, советского, партийного.

— На одном из совещаний в обкоме, — вспоминает Муренин, — приняли решение, чтобы районные отделения банков регулярно обеспечивали секретарей райкомов всеми статистическими данными о состоянии дел с неза­вершенкой по всем заказчикам. Через некоторое время проверяю — многие об этом задании забыли. Спраши­ваю, почему такое случилось. Заведующий отделением отвечает нечто невразумительное. Поднимаю управляю­щего областной конторой — прошу принять строгие ме­ры к нерадивому подчиненному. Или другая ситуация: банк свое дело сделал, а секретарь райкома вместо того, чтобы усадить за стол заказчика и подрядчика и вместе подумать, что можно сделать самим и какую помощь по­просить на стороне для приближения пуска объекта, по­ложил экономический анализ под сукно. Чтобы такого больше не было, решили заслушивать в областном коми­тете отчеты райкомов о работе по сокращению незавер­шенки. Так, понемногу, постепенно, где убеждением, где принуждением прививали у партийных работников вкус к экономическому анализу, а главное — к непосредствен­ной работе с заказчиками и строителями.

В то же время в обкоме партии понимали: борьба с незавершенкой, с распылением капитальных вложений только тогда обретет системность, когда будет орган, за­нимающийся этой задачей изо дня в день. Взгляды об­ратились к банкам. Ведь именно здесь лучше всего «про­щупывается» пульс строек. Банк должен не просто выделять деньги, а творчески используя финансовые ры­чаги: кредит, ссуды, проценты, санкции, добиваться луч­шего использования государственных средств, повышать отдачу от каждого вложенного в народное хозяйство рубля.

Чтобы поднять роль этого учреждения, управляю­щего областной конторой Стройбанка назначили пред­седателем комиссии обкома по борьбе с незавершенным строительством. Прежде всего банк потребовал от за­казчиков расшифровать незавершенку по видам затрат. Оказалось, многие мощности уже эксплуатируются, но из-за некоторых недоделок (деньги на них министерст­ва, кстати, не выделяли) числились незаконченными. Миллионами рублей измерялись и другие затраты, ко­торые можно было списать или на основные фонды, или на убытки. Но это еще не вся и даже не половина ра­боты банка с незавершенкой. Одно из направлений — анализ ее по каждому строящемуся предприятию и ор­ганизации, по каждому городу и району и по каждой отрасли экономики. Такой статистикой были снабжены все партийные и советские органы. Ну, а для самих бан­ков это был рабочий документ.

— Не хвастаясь, скажу, — рассказывал Комаров,— уже в конце каждого третьего квартала мы, банковские работники, а значит, и партийные органы во многом зна­ем размеры незавершенного строительства на 1 января каждого будущего года. И не только знаем. Мы требу­ем от заказчиков разрабатывать мероприятия по ее снижению. Если им сделать это самим не под силу, обра­щаемся с письмами в правление Стройбанка СССР, ми­нистерства, обком партии. Применяем и чисто банков­ские рычаги, в частности приостанавливаем финансиро­вание других работ по тому или другому заказчику.

Нынче принципиальная позиция банковских работни­ков целиком совпадает с интересами строителей, кото­рые перешли на планирование и оценку деятельности по товарной продукции. Растягивать возведение объек­тов на годы теперь невыгодно. Выгодно другое — бы­стрее построить объект, получить с заказчика деньги и выплатить банку проценты за кредиты, иначе платить их придется в несколько раз больше.

Вот характерный случай. Объединение «Нитрон» предложило вести работы сразу на 20 объектах. Причем деньги выделяло на каждый в мизерных долях, так что сдать в течение года объекты в эксплуатацию было нель­зя. Трест-подрядчик предложил сконцентрировать ас­сигнования на десяти объектах, сгруппировать их в три единицы товарной продукции и ввести в строй действу­ющих за один год.

Такой подход к формированию планов еще не озна­чает, что в них совершенно не будет недостатков. Но в целом успех несомненный. Если до КСУЭКС Стройбанк финансировал 765 объектов, то сразу после перестрой­ки — только 530.

Итак, план сверстан, максимально учтены требования директивных документов к его реальности и напряженно­сти, выделены и утверждены особо важные стройки. И теперь в работу включается подсистема КСУЭКС, ре­гламентирующая контроль за выполнением планов.

— Строительство — это прежде всего забота заказ­чиков, то есть распорядителей капитальных вложе­ний, — разъясняет Муренин суть второй подсистемы. — Самая большая ошибка — решать вопросы строительст­ва в первую очередь через строителей. Не сразу в об­ластном комитете пришли к этому убеждению. А когда пришли, то сделали и следующий шаг: если уж спраши­вать, то со всех заказчиков, не разделяя их на мелких и крупных. Каждый застройщик должен знать: действует система, охватывающая всех, ко всем предъявляющая одинаковые требования по нормальному обеспечению ра­боты подрядчиков.

Побываем на одном из рабочих совещаний с первы­ми руководителями предприятий-заказчиков в област­ном комитете партии. Ведет его сам Муренин. Перед ним сводная таблица, где указаны данные о вводимых ос­новных фондах, лимитах капитальных вложений, объе­мах строительно-монтажных работ. Но отчитываются директора не за работу в минувшем квартале, а за «ожи­даемые» результаты в следующие три месяца, т. е. кон­троль за выполнением плана идет не вдогонку (от этого проку мало, если отставание уже произошло), а в обгон, когда еще есть время упредить, предотвратить возмож­ный срыв.

По одному из объектов выясняется, что корпус уже готов, но оборудование прибудет с опозданием. Секре­тарь просит директора завода подготовить от имени об­кома соответствующего содержания письмо в министер­ство. На другой стройке не хватает металла. Совет: по­езжайте в территориальное управление Госснаба СССР, переговорите с руководителями, и пусть те сообщат о своем решении в обком. В третьем случае Муренин ост­ро критикует директора завода за неповоротливость: план оказался нереальным на несколько сот тысяч руб­лей, а тот не требует от своего главка необходимой по­мощи; если министерство снова ничем не поможет, сооб­щите по инстанции, что мы будем обращаться в Комитет народного контроля. В четвертом случае заказчик жалу­ется на монтажников. Секретарь берет это на заметку и обещает разобраться лично.

Тут же присутствуют руководители строительных главков. Претензии к ним не особенно часты, что, по­жалуй, подтверждает возросшее качество планирования подрядных работ.

И еще две темы то и дело затрагиваются на совеща­нии: ход сооружения жилья (если завод не передал свои средства единому заказчику — УКСу горисполкома) и помощь подрядчику. Это тоже четко осознанная линия. Необходимость направлять специалистов предприятий на помощь строителям зафиксирована в КСУЭКСе. Пре­дусмотрено и создание на предприятиях ударных комсо­мольских строительных отрядов, дальнейшее развитие хозяйственного способа и организации работ методом народной стройки.

Мы не будем останавливаться на контроле за рабо­той строителей. Подчеркнем лишь, что нынче сам меха­низм хозяйствования в определенной степени побужда­ет их стремиться к выполнению всего намеченного. Банк, к примеру, не прокредитует им работы, сделанные сверх задания на переходящих объектах, если с отставанием от графиков сооружаются пусковые стройки. И, наобо­рот, профинансирует ускорение работ на пусковых.

Естественно, новые задачи заставили перестроиться и банковские учреждения. В областной конторе Строй­банка, к примеру, изменены обязанности среди замести­телей управляющего и кредитных инспекторов, проводит­ся конкурс среди работников за лучшие показатели ку­рируемых ими организаций. Более оперативно стали применяться санкции.

Третья подсистема КСУЭКСа включает вопросы ин­женерного обеспечения строительства. Она нацеливает внедрять индустриальные методы на основе пообъектного планирования коэффициентов индустриализации, разрабатывать во всех городах и районах, в трестах и на предприятиях стройиндустрии комплексные планы по­вышения технического уровня строительства, развивать производственную базу, налаживать производство средств малой механизации путем кооперации промыш­ленных предприятий, совершенствовать работу трестов Оргтехстрой, составлять паспорта строительных органи­заций и предприятий.

Как видим, мероприятия обычные: просто они сведе­ны в систему, и работа по их реализации, естественно, ведется более целенаправленно. А вот на чем хотелось бы остановиться подробней — это на подсистеме органи­зационно-политического и идеологического обеспечения строительных планов. В ней тоже набор будто бы тра­диционных методов и средств, но привлекает внимание расстановка акцентов.

— Арсенал политического обеспечения наших планов широк, — говорит секретарь обкома. —Это и пар­тийные штабы на важнейших объектах, и советы секре­тарей партийных организаций, и соревнование смежни­ков по принципу «рабочей эстафеты», и особый меха­низм распространения опыта передовых коллективов. Но важно выделить центр сосредоточения сил партийных комитетов. Он — в бригаде, где решается судьба плана. А раз так, то нужно в максимально большом количест­ве бригад иметь партргуппы. Именно через эти низовые ячейки можно и нужно довести до сознания каждого рабочего идеи партии, поднять людей на самоотвержен­ный труд на каждом рабочем месте.

Но процесс создания партгрупп непрост. В малочис­ленных коллективах редко появляется возможность их организовать. Потому этот процесс идет параллельно с укрупнением бригад, что, в свою очередь, диктуется эко­номической целесообразностью. Именно укрупненным коллективам под силу полноценный подряд, сдача гото­вой строительной продукции.

Поэтому, приезжая в ту или иную строительную ор­ганизацию, работники областного комитета в первую очередь интересуются, сколько у них партийных групп. А в следующую встречу не забывают спросить, что сде­лано для создания новых ячеек. По этому же вопросу специально собирают секретарей парторганизаций, де­тально   разбираются, какие возможности   существуют для более эффективной расстановки коммунистов. Вот и возросло число партгрупп на стройках области. Работа в этом направлении получила положительную оценку в ЦК партии.

— Коммунисты нашей бригады — поясняет специ­фику своей работы как партгрупорга на строительстве Балаковской АЭС Иван Дмитриевич Елфимов из Саратовгэстроя, — не только личным примером ведут своих товарищей к ударному труду, но и стараются наладить контакты со смежными коллективами. Это очень важно. Нам, к примеру, приходится часто разбирать блок-ячей­ки, из которых монтируется реакторное отделение. Сна­чала винили в несоблюдении размеров сборщиков на по­лигоне. Направили им на помощь своих людей. И тут выяснилось, что они ни причем, виноватых надо искать на заводе, где изготавливают панели...

Дотошный читатель, да еще знакомый с известной установкой партии «руководить экономикой — значит руководить людьми, ведущими экономику», может ска­зать: мол, в Саратове обком партии берет на себя не свойственные ему функции — хозяйственные, выступает в роли территориальных органов управления. Муренина такой упрек не пугает: «Мы люди практического скла­да», — любит повторять он, что означает: все средства хороши, лишь бы дело двигалось вперед. К тому же как бы ни хотели партийцы уйти от непосредственного вме­шательства в производственные дела, жизнь вынуждает их это делать. Подчас партийные органы на местах — единственная реальная сила, способная направить уси­лия разных организаций на достижение одной цели, пре­одолеть ведомственную межу, которая, бывает, хуже но­жа. Но и тут важно не утонуть в текучке, стараться в первую очередь решать перспективные дела, налажи­вать систему системной работы, чтобы дважды, трижды не ушибаться об одни и те же острые углы.

Оглянуться в день завтрашний. Всегда ли удается найти верный стиль партийного руководства капиталь­ными работами?

— Да, то была наша ошибка, — с ударением на сло­ве «наша» заведующий строительным отделом Винниц­кого обкома партии В. Блащук закончил рассказ о не­удачном подборе первого руководителя передвижной ме­ханизированной колонны. Эта ПМК. была сформирована в комбинате «Винницпромстрой» специально для строительства компрессорной станции на газопроводе Урен­гой — Ужгород. Объект особой важности, и потому в комбинате и в областном комитете перебрали немало кандидатур, прежде чем остановились на бывшем уп­равляющем трестом из соседней области. Но просчита­лись. Не нашел человек нужной тактики в работе с людьми, грубо «подминал» под себя подчиненных. В кон­це концов партбюро ПМК объявило ему выговор. Надо было резко менять стиль руководства. Или уходить. «Поздно мне переделываться», — заявил начальник ко­лонны. «Спасибо и на том, что не кривишь душой»,— поблагодарил его на прощанье Блащук.

Неудача заставила задуматься — а стоит ли вообще ориентироваться на «варягов»? Но ставка на собствен­ные силы оправданна, если в организациях серьезно го­товят резерв руководителей. Так ли это? Партийцам на­до бы вплотную проанализировать практику формиро­вания резерва. Решили: сначала закроем «горящую» должность...

Нехорошо, конечно, откладывать на потом вопрос стратегического порядка, но ведь и наличие резерва еще не гарантия успеха. На многих стройках — в Краснояр­ске, Старом Осколе, Экибастузе — стала почти нормой трех-четырехкратная замена первых руководителей за­ново сформированных организаций, прежде чем крупная новостройка выдаст продукцию. А ведь занимают посты обычно люди, зарекомендовавшие себя толковыми уп­равленцами. Значит, не в них одних дело. На повестку дня просился, таким образом, еще один глубинный воп­рос: почему в комбинате да и в Минпромстрое Украины нет четкого порядка проектирования и формирования новых подразделений. Ведь и созданное в глубинке для сооружения сахарного завода еще одно стройуправление долгое время тоже не могло прочно стать на ноги. Но не дошли руки до серьезного анализа важной управлен­ческой проблемы.

Начальником ПМК назначили В. Бобошина. Ему нет еще сорока, неплохо проявил себя будучи главным ин­женером трест-площадки, прошел школу партийной ра­боты. Пора в «университет» самостоятельного хозяйст­вования. Пора, да есть одно «но». Чтобы наверстать от­ставание на компрессорной, комбинат направил в по­мощь колонне другие свои подразделения. Под силу ли Бобошину управлять ими — ведь формально они ему не подчиняются? К тому же материальными ресурсами рас­поряжается всецело комбинат. И хотя по теории имеют право на существование только те организации, которые хорошо обслуживают потребителя, в жизни подчас мы видим другое. Действуют смежники, как крыловские Ле­бедь, Рак и Щука — ведь у них разные критерии оцен­ки их работы.

Поэтому в соответствии с давней практикой на одном из заседаний бюро обкома партии определили куратора стройки — главного инженера комбината Г. Смирнова. Тактически это, наверно, правильно — у него побольше прав, чтобы вытащить объект из прорыва. Но ведь это всего «один» объект из многих десятков других и тоже плановых. На каждый по крупному начальнику не сы­щешь. А самое главное — не пострадает ли работа воз­главляемых Г. Смирновым инженерных служб всего ком­бината, от которых в первую очередь зависит грамот­ная работа на всех стройках.

Это не риторический вопрос. На одном из пленумов областного комитета партии отмечалось, что в Винницпромстрое никак не поставят на ноги свое законнорож­денное дитя — систему планирования, учета и комплек­тации на укрупненную хозрасчетную бригаду, систему, ныне известную на всю страну. Может, главному инже­неру вместо того, чтобы быть «пускачом», как раз и заняться своим кровным делом? А то ведь нехорошо полу­чается. В разговоре с руководителями я нечаянно спро­сил, сколько бригад выполнили свои договора с админи­страцией. В ответ неловкое молчание. Спрашивается, что же это за система, если важнейшая информация о ре­зультатах работы коллективов даже через три месяца после окончания года еще не дошла на верхний этаж управления?

 Встречи в бригадах вызвали еще большую тревогу. «Да, бригадный подряд — это хорошо, но вот конструк­ции стали хуже поставлять. Премию за экономию, за со­кращение нормативных сроков строительства (та, что идет помимо аванса) забыли когда получали» — примерно к этим сетованиям каждый раз сводился разговор с ра­бочими треста-площадки «Промстрой». Вдобавок нео­жиданно узнаешь, что пошло вспять и движение укруп­нения бригад, уменьшилось число мастеров-бригадиров, возглавлявших такие коллективы.

Побывали мы и на строительстве объектов водоснабжения. Там были заняты три коллектива человек по двадцать. В роли начальника участка выступал недав­ний мастер-бригадир С. Гайдук. Нетрудно было заме­тить у него некоторое сожаление о прежних временах. И не только потому, что с повышением в должности ок­лад его стал меньше. Больше получал он раньше и морального удовлетворения от своего труда.

И в комбинате, и в строительном отделе обкома объ­ясняют процесс разукрупнения бригад перекосами в пла­нировании капитальных вложений и более робко — в снабжении. Действительно, выполняя работ на 50 с не­большим миллионов рублей, план по объему строймонтажа комбинат получает на 60 с хвостиком. И продол­жается это уже не первый год. Создается впечатление, что в области не особенно желают сбалансировать план и мощности строителей — легче с ресурсами, ведь их вы­деляют полностью под всю программу, в том числе на ее нереальную часть. Союзные стройки из плана не выки­нешь, а местные... По данным ЦСУ СССР, задание по вводу основных фондов и объему строительно-монтаж­ных работ на стройках союзного значения во многих об­ластях и в том числе в Виннице выполняют на пять — девять процентов хуже, чем в целом по всем стройкам области, т. е. нередко приоритет отдается объектам мест­ного значения.

Беспокойная жизнь врывается в обкомовские каби­неты телефонной трелью, телеграммой, робким или на­стойчивым посетителем. Непросто отделить свой, обко­мовский вопрос от сугубо хозяйственного, не прослыть «спихотехником» и в то же время не утонуть в текучке. В отделе строительства хорошо понимают, что, если браться за производственные задачи, то лишь часто повторяющиеся, и решать их на системной основе. В од­них случаях, как уже рассказывалось, перспективные вопросы откладываются на потом. В других заботу о дне сегодняшнем, а еще более — завтрашнем — все-таки уда­ется материализовать в эффективные управленческие решения.

— Немало усилий потребовалось, чтобы, к примеру, повернуть лицом к стройке соответствующие службы го­родского и районных Советов народных депутатов, — рассказывает инструктор О. Сергеев. — Они начали еже­декадно подводить итоги сооружения каждого дома. С те­ми, кто отстает, в дальнейшем проводят нелицеприятные беседы в горкоме и обкоме. Это стало системой. Заодно постарались изменить работу районных архитекторов и инспекторов Госархстройконтроля — пусть оценивают качество не тогда, когда дом предъявлен к сдаче и ник­то его разбирать не станет, а в процессе строительства. И чтобы не просто выявлялись недостатки, а изучались их причины.

В сущности только системный подход и ведет к успе­ху. Ведь нынешние отклонения на стройках являются, как правило, эхом прошлых упущений. Закрывать сию­минутные бреши, не ударяя по их причинам, — хоть и эффектная, но чаще всего малоэффективная вещь. Меж­ду тем подчас мы ищем причинные связи там, где они отсутствуют, или принимаем за причину всего лишь сим­птом того или иного недостатка. И тут важно помнить, что решение, принимаемое партийным комитетом, как минимум вдвое более ответственный шаг, чем решение хо­зяйственное.

Временами мне хотелось отказаться от проверки фак­та, сообщенного в письме читателя «Правды». Тот изве­щал о строительстве нового Зеленого театра в город­ском парке, которое велось под видом капитального ре­монта старого. Хотелось отказаться, так как очень уж несолидно вели себя, к примеру, руководители областных контор Госбанка (финансирует строительство) и Строй­банка (выдает зарплату монтажной организации). Мол, чуть ли не впервые слышат про это дело и тем более в глаза не видели стройку, хотя ее помпезные конструк­ции (пожалуй, около тысячи тонн неизвестно где взято­го металла ухлопано) хорошо видны с главной город­ской магистрали.

«А вы бы действительно бросили заниматься теат­ром, даже если с ним не все в порядке — винничане свой долг отработают» — так высказались об этой истории в обкоме партии.

Наверно, и ярославским партийцам не хотелось бы афишировать свое «смелое» решение стянуть на строи­тельство театра юного зрителя четыре сотни отделочни­ков, чтобы в три раза перекрыть здесь план. И, добавим, сорвать по этой причине ввод жилья, школы, детсада.

Но правильно ли умалчивать о таких фактах? Дело не только в материальных перезатратах, в дезорганиза­ции строительства, хотя и это тоже существенно. Нель­зя успешно вести борьбу за душу человека и одновременно толкать его на нечестные методы работы. Может быть, благодаря вот таким волевым решениям, принима­емым по указке местных партийных органов, довольно широко распространена ныне у хозяйственников некая внутренняя готовность к нарушениям плановой и финан­совой дисциплины. Не случайно в селах Винницкой об­ласти в 1982 г. сооружалось около двухсот неплановых объектов.

Так, в круговерти чисто хозяйственных будней пар­тийцы нередко забывают о втором — помимо создания материальной основы для достойной жизни людей — важнейшем смысле их работы. А именно о том, насколь­ко линия поведения партийных комитетов или отсутст­вие этой линии сказывается на воспитании у граждан нашей страны высоких идейно-нравственных черт ха­рактера, на формировании личности по меркам комму­нистического завтра. Скажем, комбинату «Винницпромстрой» республиканское министерство запланировало на 1984 г. 10-процентный рост производительности труда, хо­тя коллектив за последние годы даже на треть не при­ближался к этому рубежу. Никакие радикальные ново­введения, обеспечивающие резкий скачок в эффективно­сти производства, брать на вооружение тут не намечали. Словом, задание было явно нереальным, о чем многие отлично знали.

Но в это время в стране распространялась инициати­ва повысить дополнительно к плану производительность еще на один процент, Какую избрать тактику? Если по-честному, то надо бы строителям, так сказать, отсидеть­ся в стороне. Однако партийный и профсоюзный коми­теты комбината, его хозяйственные руководители, с сог­ласия вышестоящих органов, решили поступить «как все». Явная фикция, безнравственная сама по себе и приучающая других считать, что поступать безнравствен­но допустимо... Через некоторое время Минпромстрой УССР снизил задание до семи процентов. И снова в со­циалистических обязательствах комбината фигурирует тот же один процент. Думаю, говорить о наличии у хо­зяйственников высоких требований к себе тут излишне. Тем не менее в партийных комитетах, видимо, не нашли в таких действиях ничего предосудительного, ибо никак не отреагировали.

И снова вопрос — как реагировать? Ведь в конечном счете причина далекой от принципиальности   тактики строителей с принятием обязательств кроется в том чис­ле и в неправильных взаимоотношениях комбината с министерством. Если министерство навешивает на ком­бинат со всех сторон «замки», жестко регламентирует все основные стороны его деятельности, то и ответственность с нижестоящего органа в значительной степени снима­ется. Конечно, безнравственно давать невыполнимые обещания. Но разве не безнравственней ставить невыпол­нимые задачи?

Расширение хозяйственной самостоятельности пред­приятий, неразрывно связанной с их экономической да и моральной ответственностью за результаты выполнения планов перед заказчиками объектов, несомненно, оздоро­вит и нравственную сторону хозяйственных взаимоот­ношений. Трудовые коллективы, чтобы не оказаться бан­кротами, станут тщательней продумывать будущую ра­боту, взвешивать ее на весах экономики. Ведь при срывах заказов свалить вину на других уже не удастся— отвечай сам рублем. Защищенная законом самостоятель­ность предприятий не может не сказаться и на их взаи­моотношениях с местными советскими и партийными ор­ганами.

Напомним причины вмешательства последних в хо­зяйственную жизнь. Одна из них в том, что сегодня фонд зарплаты строителей не является результирующей ве­личиной, т.е. суммой, которая остается у треста пос­ле того, как из полученных от заказчиков денег за воз­веденные объекты он заплатит за материалы, технику и т. п., рассчитается с государством и что-то отложит на расширение своих мощностей. Фонд зарплаты не столько зарабатывается, сколько выпрашивается у вышестояще­го органа. Значит, у треста нет бескомпромиссной заин­тересованности в кровь расшибиться, а без опоздания сдать объект в эксплуатацию, снизить издержки произ­водства путем экономии материальных ресурсов и повы­шения производительности труда. Он не всегда поступа­ет как хозяин, доходы которого зависят только от него самого.

Это не соответствует государственным интересам. И потому партийные комитеты города и области, выполняя свою руководящую роль в обществе, стремятся особы­ми — неэкономическими — методами побудить или за­ставить строителей делать то, что нужно государству, пусть даже в ущерб нынешним искаженным интересам отдельного коллектива. Прежде всего действуют мето­дом подбора, расстановки и воспитания руководящих кадров. Далее — путем партийной дисциплины, так как решения партийного комитета обязательны для каждого коммуниста. Наконец, воздействие осуществляется с по­мощью института уполномоченных, партийных штабов, временных парторганизаций. Такая практика доказала свою эффективность. И в то же время в соответствии с законами диалектики она имеет ряд негативных сторон. Не все решения партийных комитетов на все сто процен­тов могут быть правильными, не всегда, принимая их, руководствуются интересами всего государства. Вот к чему приводит иногда создание, например, партийных штабов на стройках.

Долгое время на Винницком химзаводе возводился цех моющих порошков. В 1981 г. его решили наконец-то сдать. Это можно было сделать штурмом. Создали штаб, который, опираясь на авторитет областного партийного органа, сосредоточил здесь ресурсы комбината «Винницпромстрой», треста «Подольскпроммонтаж», других ор­ганизаций. Часть остальных плановых объектов, понят­но, была оголена. В декабре того же года цех ввели с массой недоделок. Но весь следующий год он почти не работал, так как Минхимпром не смог обеспечить его сырьем. Не намного выше была от него отдача и в сле­дующем году.

Все это говорит о том, что, управляя лишь «кусочка­ми» многообразной деятельности предприятий, успеха тоже можно добиться лишь частичного, разового. Вытас­кивая из прорыва стройку без решения истинных при­чин, которые привели ее к срыву, мы объективно способ­ствуем тому, что причины эти и дальше будут давать знать о себе. Однако совершенствование хозяйственного механизма — вне компетенции местных органов. И ны­нешний «штабной» стиль — не столько их вина, сколько беда. Чтобы побудить работника на каждом шагу посту­пать как настоящий хозяин завода, стройки, страны, од­новременно с политико-воспитательной работой, повы­шением требовательности за соблюдение общенародных интересов нужно воссоздавать внутренние мотивы по-на­стоящему эффективной работы. Они рождаются, когда человек отождествляет себя с собственностью, как это, скажем, бывает в подрядных бригадах.

Немало сил тратят партийные органы и на преодоле­ние ведомственных перегородок. Давно пора реконструи­ровать, например, домостроительный комбинат в той же Виннице. Но в смысле капитальных вложений он на го­лодном пайке. А в десятке верст от него сельские строи­тели уже лет пятнадцать возводят по сути аналогичные мощности и никак не могут возвести. Однако даже мысль о соединении усилий двух строительных ведомств (что, казалось, бы, вполне логично в условиях развития на­шей экономики как единого народнохозяйственного ком­плекса) выглядит чуть ли не абсурдной. Более того, не­подалеку от сельского комбината вовсю развивается близкое по характеру производство третьего ведомства. Это распыление сил усугубляется тем, что уже к сотне приближается число строительных подразделений в не­строительных министерствах, ведущих работы хозяйст­венным способом. Люди туда охотно идут: меньше рабо­ты — больше оплата.

Эта тенденция заметна не только в Виннице. Мест­ные органы ей не всегда противоборствуют — пусть, мол, и промышленные предприятия проявляют изворотли­вость, чтобы покрыть свои строительные нужды. И нет органа как на верхнем уровне, так и на уровне региона, который бы посмотрел, где польза, а где вред, от так на­зываемого хозспособа.

Да что там говорить, даже между «штатными» стро­ителями — городскими, колхозными и совхозными — масса несостыковок. Довольно обыденна вот такая ситу­ация. Встречаются близ областного центра двое водите­лей КамАЗов. «Куда путь держишь? — спрашивает один. «Из Курнасовки в Городовку, а ты?» «Из Городовки в Курнасовку». Поглядели — а конструкции они везут од­ни и те же. Покачали головами и разъехались. На сотни километров.

Неужто ничего нельзя сделать в смысле кооперации? «Мне легче переделать проект на другие конструкции, чем полагаться на поставки деталей от соседа» — при­мерно так отвечают хозяйственники.

Давно выдвигается предложение о том, чтобы общестроительные работы в области в основном вела одна генподрядная организация. Вот один из доводов в поль­зу ее создания. Ежегодно наши строители перевозят око­ло двух с половиной миллиардов так называемых мест­ных материалов и конструкций. На их доставку тратим 9—10 млрд. руб. В связи с переходом на новые сметные нормы и цены в областях были недавно разработаны но­вые транспортные схемы. Госстрои республик проверили эти документы, и что же? — простейшие материалы: кир­пич, песок, щебень — доставлять намечено только со «своих» предприятий, только через «свои» склады, хотя намного дешевле было бы договориться с соседом. В ре­зультате будем терять за год многие десятки миллионов рублей.

Создание в регионах ведущей генеральной подрядной организации, которая вела бы здесь своими силами ос­новные строительные работы и координировала действия других подразделений, предусмотрено постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об улучшении планирования, организации и управления капитальным строительством». Но прошло два года, а для перехода к такому порядку мало что сделано. Лишь в Краснодар­ском крае и Грузинской ССР предприняты шаги в этом направлении. В других регионах до последнего времени выжидали, опасаясь, что перестройка нарушит прежнюю, хоть и недостаточно эффективную, но по-своему отла­женную систему взаимоотношений в регионе и региона с центральными хозяйственными органами. Не проявляли инициативы и аппаратчики из министерств. По крайней мере представленные ими в правительство новые вари­анты генеральных схем управления дублировали сло­жившуюся структуру. Их приверженность к старому объясняется не только тем, что новые заботы — это до­полнительные хлопоты за ту же зарплату.

Давно известно: для успеха реорганизаций нужно, чтобы в них оказались заинтересованными «низы». Свер­ху, при жестко централизованном управлении, трудно охватить обстановку на местах, учесть все мелочи. А стричь всех под одну гребенку — значит в какой-то мере дезорганизовать работу. Что же оставалось делать? Са­мый радикальный путь, думается, все тот же. Надо было поставить руководителей минпромстроевского подразде­ления в такие условия, чтобы они сами захотели догово­риться со смежниками из сельских организаций о коопе­рации в изготовлении конструкций. Чтобы директору завода было невыгодно создавать свою строительную организацию, а выгоднее обратиться к «штатным» стро­ителям, которые четко выполнят его заказ. Выход, таким образом, снова в хозрасчетной самостоятельности и от­ветственности предприятий, в сбалансированности спро­са и предложения.

Цена решения. Наконец, третья причина вмешатель­ства партийных органов в сферу чисто производственных вопросов связана с недостатками отраслевого управле­ния. Получая от государства капитальные вложения для наращивания выпуска продукции, министерства в пер­вую очередь вкладывают их в строительство производст­венных объектов и лишь потом — в социальную инфра­структуру. Но ведь жилье, магазины, школы, дороги, ки­нотеатры, прачечные работникам нового предприятия нужны не когда-то потом, а сразу же. Иначе возникают обиды, упреки, жалобы от людей. Из бюджета городу средства на социально-бытовые нужды отпускаются без учета прибавки новых жителей. Вот и приходится мест­ным властям где через план, где без плана заставлять хозяйственников перераспределять деньги, материальные и трудовые ресурсы, направлять их в социальную сфе­ру. По-человечески это можно понять. Но нарушения го­сударственной дисциплины во имя благородных целей по логике развития нередко дополняются и нарушениями ради непервоочередных, чисто местнических интересов. Вроде строительства помпезного Зеленого театра в Вин­нице, без которого можно обойтись.

Не лучше результат, когда ресурсы с плановых строек берутся и на горящие нужды. В начале 1982 г. бюро Ка­рагандинского обкома партии приняло решение открыть в области к 1 июня 13 школьных лагерей. И обязало одни предприятия и учреждения выделить деньги, другие — найти оборудование, третьи — предоставить материалы и рабочих. За считанные месяцы и уже после того, как все планы были утверждены, предстояло сделать работ на миллионы рублей.

Таким же способом возводились плотина на речке Hy­pe, животноводческие помещения. В комбинате «Карагандашахтострой» подсчитали, что в 1983 г. для выпол­нения всех заданий обкома партии надо выполнить ра­бот на девять с лишним миллионов рублей. Силы и ре­сурсы пришлось отвлекать со строительства угольных горизонтов, реконструкции шахт. А ведь ряд шахт нахо­дится в запущенном состоянии, там небезопасно рабо­тать.

Конечно, все эти стройки очень нужны. Но возводить их надо строго по плану, а не путем разрушения уже утвержденного плана. И тем более нетерпимо незакон­ное или под видом капитального ремонта сооружение полуподпольных гостиниц, бань, театров. Этим активно занимались не только в Караганде, но и в Алма-Ате, Ташкенте, Кишиневе, Таллине и многих других городах, причем не без ведома местных партийных органов.

Конечно, находились коммунисты, выступавшие про­тив порочной практики, но их заставляли замолкать. И воспитывали тем самым безынициативных исполнителей.

Любители взваливать на хозяйственные организации под видом шефской помощи дополнительные работы, создавая базу для девальвации плана, нередко оправ­дывают свои действия тем, что, мол, политические ре­шения могут превалировать над хозяйственными. Не­хватка тех же школьных лагерей, по их мнению, порож­дает проблему безнадзорности детей, с чем общество, исходя из своих стратегических целей, не должно ми­риться. Да и экономически нехватка лагерей накладна, так как вынуждает родителей так или иначе пренебре­гать работой, что чревато снижением выпуска продук­ции...

Что ж, на первый взгляд, все логично. Но давайте иначе посчитаем цену «политического решения» по пово­ду пионерских лагерей. Выполняя это решение, трест обязательно сорвет план по строительству и реконструк­ции шахт. Значит, меньше плана будет выдано на-гора угля. А его уже ждут электростанции, котельные, ме­таллургические предприятия, владельцы индивидуаль­ных домов. Нет энергии — работают с перебоем пред­приятия, чья продукция идет для народного потребле­ния. Нет топлива — люди мерзнут в домах. И уж, конечно, не слова благодарности отпускают они по адресу хозяйственных, советских и партийных органов.

Не меньшей дезорганизацией вызваны и срывы ввода в эксплуатацию цеха белой жести в Караганде, совхо­зов в зоне канала Иртыш — Караганда, одна из причин которых — отвлечение сил строителей на сооружение базы отдыха облисполкома, перестройку кинотеатра «Октябрь» в концертный зал, реконструкцию гостини­цы. Никто не спорит, это нужные объекты, но если на все сил не хватает, то прежде всего возводить следует нужное всему обществу, в том числе карагандинцам. Иначе это будет не «политическое решение», а местни­чество, выгода для одних в ущерб интересам большин­ства. И, конечно, нельзя забывать о хозрасчетных инте­ресах коллективов, чьими руками осуществляются задумки местных «патриотов». У предприятий падают все производствено-финансовые показатели, а значит падают они и в обществе в целом.

С переводом трудовых коллективов предприятий и организаций на полный хозяйственный расчет, самооку­паемость и самофинансирование функции партийных комитетов тоже не останутся без изменения. При суже­нии в хозяйственной сфере одновременно расширятся их возможности для воздействия на сферу идеологическую, от которой зависит создание здоровых общественных нравов, а также на правильный подбор и расстановку кадров. Сегодня командиры производства назначаются «сверху» и потому порой стремятся в первую очередь выглядеть «хорошими» перед теми, кто их назначил. Но это еще вовсе не значит, что они хороши в деле. Харак­терный штрих: многие хозяйственники на местах, кото­рые в разное время по своей инициативе организовыва­ли и проводили эксперименты, мало продвинулись по служебной лестнице, хотя вакансий в главках и мини­стерствах имелось предостаточно. Нередко наверх под­нимались люди, ничем не выделившие свои подразделе­ния среди родственных коллективов, явные «середняч­ки». Разве это оправдано?

Видимо, руководителей предприятий целесообразно избирать по рекомендации партийных органов общим собранием или конференцией уполномоченных предприя­тия с последующим утверждением его в должности госу­дарственным органом. Ну и освобождать от должности его надо не иначе, как с согласия коллектива.

 Из книги "Экономический поиск", М., 1987