Если бы парни всей земли…

В “ЭФГ” опубликована анкета под заголовком “Без иллюзий, но с оптимизмом” с приглашением к разговору философов.

Но что такое философ? К сожалению, в анкете не дано определение этого понятия. А ведь это не очевидно. Если это приглашение касается исключительно тех, кто по должности (преподаватель) или по образованию (закончил философский факультет) является философом, то придется из этого списка исключить Альберта Камю, Ницше, Достоевского на тех основаниях, что Камю и Достоевский были писателями, а Ницше –  филологом. При желании этот список можно продолжить: например, Константин Леонтьев был, как говорится, простой русский помещик, а Н.Ф. Федоров имел неоконченное лицейское образование.

Я – литератор, то есть человек, имеющий отношение к литературе, а потому мое понимание философии и философа как такового сводится к следующим тезисам:

1. Философия является естественной рефлексией на конечные вопросы бытия. Эта рефлексия, изложенная по законам языка и жанра, предстает нам в виде продукта философского творчества. Если хотите, письменным продуктом философского осмысления конечных вопросов бытия.

2. Философ – это человек, способный изложить свою рефлексию по законам языка и жанра.

После того как философствующий человек в своей рефлексии ответит на конечные вопросы бытия, он, образно говоря, приобретает “очки”, сквозь которые начинает видеть жизнь в ее действительном и противоречивом многообразии.

Поскольку уничтожить противоречия жизни означает не что иное, как убить жизнь (на кладбище нет противоречий), то философское мышление по природе своей диалектично. Ибо всякое философское мышление, в мышлении же, занимается “снятием” противоречий. Снятие противоречий есть не акт уничтожения одной из противоположностей, а синтез их, иначе говоря, если это касается, к примеру, политической философии, нахождение такой политической системы, в которой существующие в прежней системе противоречия исчезли бы.

Конечно, возникли бы новые противоречия, и когда это новое достигнет своей непереносимой политической и социальной остроты, политическая философия, если она не идеологична, а диалектична, должна предложить новое решение.

Однако не всякая рефлексия (философствование) следует законам диалектики, которые есть “абсолютный эмпиризм, ставший абсолютной мыслью. <…> Таким образом, диалектика не есть ни формальная логика, ни феноменология, ни метафизика, ни эмпирическая наука. Но она лежит в основе всяческого разумного отношения к жизни. Вся жизнь насквозь есть диалектика, и в то же время она – именно жизнь, а не диалектика, она неисчерпаемая, темная глубина непроявленных оформлений, а не строжайшее выведение абстрактно-логических формул. <…> Диалектика абсолютно не теоретична: диалектика не есть никакая теория. Диалектика есть просто глаза, которыми философ может видеть жизнь. Однако это хорошие глаза, и куда они проникли, так все освещается, проявляется, делается разумным и зримым” (Лосев А.Ф. “Философия имени”).

Часто под видом диалектики, то есть метода мышления, выступает чистая идея в своем социально-политическом оформлении, как идеология.

Насколько мне известно, есть два сорта “очков”: идеалистические, утверждающие, что Вселенная есть производная воли Бога, и таким образом первичен дух, а материя вторична.

Сквозь вторые “очки” материалистические, онтологическое обоснование Вселенной предстает перевернутым с точностью до наоборот. Первична материя, а дух, точнее, душевно-психические проявления есть “разновидность движения материи”.

Надо признать, что строгого научного обоснования истинности тех или иных “очков” нет. Этот выбор делается на основании веры, как правило веры в авторитет.

Если посмотреть внимательно, то в основе всех наук лежит аксиоматика, то есть вера во что-то. В геометрии, к примеру, вера в то, что точка не имеет длины и ширины, хотя здравый рассудок или естественная философия вам скажет, что такого объекта, “бестелесного”, в природе не бывает. В это нужно поверить. И учитель по геометрии на вопрос ученика: “А я поставил в тетради точку, и она имеет ма-а-ленькую длину и ширину?” – ответит примерно так: “Это как будто она не имеет длины и ширины, точно так же, как линия как будто не имеет ширины, а имеет одну только длину. Точку нужно представить себе в воображении”.

По крайней мере, преподавателю по геометрии нужно проделать с учеником процедуру «впечатывания» представления о точке и линии, как и священнику в церковноприходской школе нужно «впечатать» в ученика представление об атрибутике Бога.

Абсурдно представление об объекте, не имеющем объема, но не меньший абсурд верить в распятого Бога.

И именно потому, что аксиоматика геометрии абсурдна так же, как абсурдна аксиоматика христианства, то в геометрии и в христианстве есть место вере. Ибо “сын Божий был рожден, как всякое дитя; и нет позора в этом, хотя сам факт постыден. Сын Божий умер, как и всякий человек; и этот факт вполне правдоподобен, хотя он и есть абсурд. И он восстал из мертвых, факт этот несомненен лишь потому как раз, что невозможен” (Квинт Септимий Флоренс).

Теперь, когда я изложил свое понимание “очков”, сквозь которые человек видит и описывает увиденный им мир, самое время сделать следующее заявление: я выбрал очки идеализма. То есть я утверждаю, что не магнитный железняк порождает магнитное поле, а магнитное поле порождает руду со специфическим свойством магнита. Это даже не эмпирика, поскольку доказывается опытом. Берем не магнитящую иголку, потрем ее о магнит, и она начнет проявлять магнитные свойства, как бы “заражаясь” от магнитного поля.

Я утверждаю, что не мозг порождает все многообразие психических и мыслительных способностей; будь то животного или человека, а душа животных, а в человеке душа животная в сочетании с духом Божьим порождает мозг человека.

Материя – это инструмент и продукт творящего духа.

С этих позиций история человечества представляется мне конечной, и потому, я так считаю, быть оптимистом без иллюзий невозможно!

Понятное дело, прочитав первый же вопрос анкеты, испытываешь недоумение, поскольку идеалистическая философия, конкретно – христианская, отвечает на вызовы времени, а вот материалистическая, или позитивистская, не отвечает, да и не может ответить!

Даже такой упертый материалист, как Гюнтер Рормозер, представитель консервативной политической философии, профессор университета Хоэнхайм в Штутгарте, в своей работе “Кризис либерализма” приходит к выводу, что достижения свободы фактически оказываются упущены (в социализме и либерализме. – Прим. автора), нравственная и религиозная субстанции выдыхаются. Нравственное же государство имеет источник своей духовной силы в христианской общине и в сознании верующих.

Однако и с идеалистических позиций (эсхатологических) рая на земле также не построишь. Конец мира предопределен. И в этом предопределении скрыт один из фундаментальнейших парадоксов философии жизни.

Что касается материалистических “очков”, то материализм будет всегда упираться в естественную преграду – двойственную природу человека. Поскольку мир – это арена яростного столкновения людей с разными “очками на глазах”, ведь каждый ясно видит что-то свое, то этот мир никогда не придет к согласию, и все прекраснодушные проекты материалистов являются грезами о “потерянном рае”.

Возьмите обыкновенный человеческий язык, на котором мыслит человек, и вы увидите, что даже простые “понятия-имена” у каждого человека заполнены собственным смыслом.

Вот вам пример: сейчас распространено употреблять слово “пассионарии” в смысле социально и политически активного человека, не равнодушного к тому, что происходит в стране и вокруг его.

Гумилев, введший в обиход этот термин, имел в виду совершенно иное. Выхватив из контекста его работы по этногенезу один, и к тому же не самый главный, признак пассионарности, морочат головы людям простотой, которая, как известно, хуже воровства. Уворованное можно вернуть в культурный (языковой) обиход в неизменном виде, а вот упрощенное оказывается потерянным навсегда!

Так что мечтания Рене Декарта, а за ним и Канта о том, чтобы люди все без исключения одинаково понимали имясловие, тоже из области прекрасной, но, увы, неисполнимой мечты.

Так что дальше отвечать на вопросы анкеты, составленной таким образом, что в них скрыт ответ, вынесенный в заголовок: “Без иллюзий, но с оптимизмом”, теряет смысл.

Чтобы быть оптимистом, как раз нужны иллюзии!

Известные мне прожекты (их много размещено в Интернете) об окончательном разрешении всех проблем страдают одним существенным недостатком: они не имеют технологии своего воплощения в жизнь. Это всё “бумажные голуби или драконы”.

Всё ведь сводится к восклицаниям типа: “Если бы парни всей земли!..” – и так далее.

Михаил Петрович

АНОХИН

ПРОКОПЬЕВСК Кемеровской обл.