Аргентина, восставшая из пепла

На рубеже веков мировые СМИ были полны сообщений и телесюжетов о тяжелейшей ситуации в Аргентине. Толпы демонстрантов на улицах, солдаты, стреляющие в толпу. Аргентина в 2001 году оказалась на дне пропасти, из которой, как считали западные экономисты, ей уже не выбраться. Сегодня уже известно, почему рухнула экономика Аргентины.

В 1991 году тогдашний президент Карлос Менем решил перевести экономику на долларовое обслуживание.. Был введен курс песо к доллару как 1:1. Менем рассчитывал, что благодаря этой мере доллар за короткое время станет основным средством обращения в стране. Однако стоимость доллара оказалась завышенной. Автоматически была завышена, таким образом, и стоимость песо. Когда инвесторы разобрались, что к чему, они стали опасаться обвала, поэтому потребовали повышения процентной ставки. В том числе на частные и государственные кредиты. Процентная ставка увеличилась до 40%. Вместе с ней быстро выросли долги. Остальное, как говорится, было делом техники.
Чтобы сохранить привязку к американской валюте, правительство Аргентины вынуждено было держать в банках соответствующие долларовые резервы. По мере углубления кризиса правительству приходилось покупать все больше долларов по все более высокой цене. Все больше людей стремились обменять песо на доллары. Этот процесс привел к образованию долга Аргентины в размере 140 млрд. долларов. В декабре 2001 года правительство отказалось обслуживать долг.
В этих условиях международные финансовые организации, беспокоясь о судьбе своих кредитов, потребовали от Аргентины бездефицитного бюджета. Выполнение этого условия означало секвестр средств на социальные нужды, массовую безработицу и рост социальной напряженности в стране.
Однако вместе с западным капиталом в страну хлынули люди, задачей которых было контролировать его использование. Они учили аргентинцев, в чем состоит «свободный рынок» и глобальная экономика. Представители МВФ и Мирового банка приобрели столь колоссальное влияние на государственные структуры, что Аргентина де-факто потеряла независимость.
С того момента, когда песо был приравнен к доллару, всё, что производилось в Аргентине, а также услуги, стало слишком дорогим, чтобы быть конкурентоспособным на внешних рынках. Импорт оказался намного дешевле, чем собственное производство. Государство было удушено, а треть национального дохода – уничтожена.
В начале 1990-х годов по советам МВФ и Мирового банка в стране была осуществлена массовая приватизация. Вначале приватизировались электростанции, коммунальные предприятия и связь. Приватизация всегда начинается в ключевых секторах экономики. После такой приватизации те подразделения народного хозяйства, которые находятся в зависимости от ключевых секторов, становятся нежизнеспособными. Следовательно, возникает необходимость и их приватизации. Таким образом, спираль приватизации раскручивается вверх, охватывая всё новые и новые отрасли, превращаясь в тотальный процесс. Одновременно, раскручивается вниз спираль массовых увольнений. Внизу оказывается все больше людей, не имеющих работы и средств к существованию.
В результате все большее количество людей прекращали совершать покупки, денежное обращение резко замедлилось. Сумма собираемых налогов столь же резко уменьшилась.

Кризисные явления заставили правительство просить МВФ о срочной помощи. Фонд в помощи отказал, мотивируя тем, что Аргентина имеет большой долг.

Отказ МВФ спровоцировал резкое падение курса песо. Аргентинцы ринулись в банки, чтобы снять свои сбережения. Но банки были закрыты. Президент объявил, что страна прекращает платежи по долгам.

Казалось, что Аргентина уже не имеет шансов спастись.

Крысы покидали тонущий корабль. Бизнесмены и иностранные советники разлетелись по домам. Даже мелкие предприниматели, которые приехали в Аргентину в поисках лучшей жизни, теперь срочно оформляли выездные визы. На произвол судьбы были брошены крупные предприятия с оборудованием и машинным парком. Рабочие были выброшены на мостовую. Те, кто привел страну к кризису, теперь, подобно саранче, бросились искать другие поля, которые можно было объесть.

На короткое время к власти пришел президент-социалист Ф. де Ла Руа, однако всё, что он успел сделать, – это порвать кабальную зависимость от МВФ. Правительство Аргентины приняло решение ввести свободный курс песо, отменить политику «свободного рынка». Страна избрала путь экономического сотрудничества с Бразилией и Китаем. В Аргентину пошли инвестиции. Центральный банк начал вновь покупать доллары, но ровно столько, сколько нужно для поддержки экономического роста.
Когда предприниматели закрывали заводы и бежали в другие страны, поскольку продукция не имела сбыта, рабочие и мастера, потеряв работу, много времени проводили в близлежащих кафе и пивных. Обсуждали, главным образом, как улучшить свою жизнь и ситуацию в обреченной на заклание стране. В конце концов рабочие приняли решение. Они заняли брошенные предприятия, создали заводские комитеты, запустили машины и оборудование и начали производство на старых складских запасах.
Власть и армия отнеслись к этим социалистическим по своей сути мерам благосклонно. К рабочим присоединились руководители структурных подразделений заводов, работники заводоуправлений и коммерческие директора. В рекордные сроки были налажены продажа и экспорт продукции.
Оказалось, что продукция нужна и пользуется спросом. Вскоре производство и сбыт на некоторых предприятиях превысили предкризисный уровень. Люди делились доходами между собой. Никогда еще не зарабатывали таких сумм денег. Двинулось строительство и другие производства. Все произошло так быстро, что Вашингтон даже не успел объявить Аргентину коммунистическим государством или очередной «страной-изгоем».
(Ред.: Этот аргентинский феномен, который пока мало освещается в левой прессе, несомненно, получит какое-то развитие в будущем.)

В мае 2003 года пост президента Аргентины занял Нестор Киршнер. Менем, правивший с 1990 по 1999 год, вновь участвовал в выборах. Но после первого тура, почувствовав, что проиграет, снял свою кандидатуру. В итоге Киршнер перебрался в президентскую резиденцию, а сам Менем прячется от аргентинского правосудия в Чили. Его обвиняют в коррупции и доведении страны до экономического краха.
Нестор Киршнер родился в 1950 году в семье выходцев из швейцарского Берна, переселившихся в Патагонию. Имеет высшее юридическое образование.

Киршнер быстро сформировал дееспособный кабинет. Его костяк составили профессионалы, не связанные с прошлым. В числе первых шагов администрации стала смена военной верхушки, чтобы пресечь возможные попытки неповиновения гражданским властям. Затем президент добился устойчивого большинства в обеих палатах национального Конгресса.
Вступая в должность, президент очертил круг приоритетов: «Возродить отечество, восстановить справедливость, бороться с коррупцией, покончить с ворьем в белых перчатках!» Таким образом, составной частью курса стали антикоррупционные меры. Для начала были отстранены 10 одиозных руководителей правоохранительных органов.

…Сегодня общее мнение экономистов в Буэнос-Айресе сводится к тому, что худшее осталось позади. Да, Аргентине приходится иметь дело со сложным процессом реструктуризации долга, но в экономике происходят невероятные перемены… В 2003 году ВВП возрос на 9% (после падения в 2002 году на 11%), в 2004 году – на 8% и в 2005 году – на 5%. Установки «свободного рынка» были губительны для рабочих мест. В 2002 году безработица достигла 22%. Сейчас она сократилась до 12%. И сегодня, согласно опросам общественного мнения, 2/3 респондентов доверяют президенту.

В январе 2005 года международные финансовые организации приняли предложение Аргентины о выплате 25 центов за каждый доллар долга. Произошло невероятное: Аргентина объявила войну МВФ и выиграла! Аргентина также отказалась от переговоров с 700 тыс. держателей государственных ценных бумаг (бондов). В январе 2004 года правительство Аргентины, правда, начало выплату долга частным вкладчикам, общий размер которого составляет 88 млрд. долларов. Однако правительство согласилось выплатить лишь 25% стоимости ценных бумаг.

Многие зарубежные банкиры и инвесторы обвиняют Аргентину в тоталитаризме и обмане инвесторов и кредиторов. Особенно недовольны итальянцы и американцы, которые заявляют, что, если бы не события 11 сентября, они бы поговорили с Аргентиной иначе. В марте 2005 года МВФ потребовал от Аргентины полной выплаты долгов. Однако Аргентина в экономической связке с Бразилией и Китаем уже достаточно сильна, чтобы отказать. Правительство объяснило миру, что около половины кредиторов уже получили немалый куш по аргентинским долгам, остальные могут и обождать.
На Всеамериканском саммите в начале ноября 2005 г. Киршнер отверг затею Дж. Буша с созданием зоны свободной торговли двух Америк – Северной и Южной. Он подверг критике саму идею «свободной торговли».

Создание «свободного рынка», сказал он, не может быть единственным путем на дороге, ведущей к процветанию и благополучию народов. «Такого рода соглашение должно в первую очередь отвечать национальным интересам, а также компенсировать потери развивающимся странам», – сказал Киршнер. По его мнению, «интеграция может стать реальностью только тогда, когда будут приняты меры по ликвидации диспропорций в нашем развитии». Иначе так называемый свободный рынок приведет к еще большему обнищанию стран и росту их внешней задолженности. Киршнер особо подчеркнул, что политика, которую США навязывают континенту, «не только провоцирует нищету и бедность, но и ведет к нестабильности и падению демократически избранных правительств».

Опыт Аргентины показал, что с теневыми сторонами глобализации и диктатом США можно бороться и побеждать.

Виталий Дзюба

(Печатается с сокращениями.)