ЗАМЕТКИ НА ПОЛЯХ СОБЫТИЙ

               Мрак от эффективного менеджера Анатолия Борисовича

Наступило лето – традиционная для России пора, когда политическая жизнь замирает. Власть имущие разъезжаются по дорогим курортам, оппозиция – по курортам поплоше и подешевле.

После бурной весны, наполненной многотысячными протестами пенсионеров и инвалидов, когда даже самые отчаянные пессимисты на секунду вдруг поверили, будто что-то этакое оранжевое возможно и в России (любезные, да ведь оно уже было в 1991 году!), наступила стабилизация. Цены на нефть стоят высоко, экономика пусть не гигантскими темпами, но все же развивается. Последнее предложение Путина о выборе губернаторов из представителей партий, победивших на региональных выборах, даже свидетельствует о некотором знакомстве верхушки с теорией оптимизации. Словом, власть имущим можно и передохнуть, оппозиции – передохнуть и перегруппироваться.

В этом году, правда, в аккурат на переходе от весны в лето, случилось внеплановое обострение – столица неожиданно была наполнена мраком и легкой паникой от “эффективного менеджмента” РАО “ЕЭС России”. Медленно-медленно гаснущие лампочки в квартирах, мрачное обаяние абсолютно темных эскалаторов в метро и безумно-радостные глаза московских “бомбил” выглядели вопиющим диссонансом на фоне мерного рокота калькуляторов, считающих российские прибыли от роста нефтецен.

Не станем суетиться и кликушествовать – во всем, мол, виноват Чубайс. Безусловно, виноват, однако же дело-то ведь, собственно, не в этом вопиющем случае, правда подобные ему в Москве доселе, как ни крути, не происходили. Тем более что и сам Анатолий Борисович призвал не торопиться с выводами. Что ж, действительно, не будем торопиться с выводами и бросим ретроспективный взгляд на сравнительную эффективность чубайсовского менеджмента, что, думаю, будет небесполезно.

Итак, Анатолий Борисович занял свой нынешний пост в 1998 году. И в том году российская электроэнергетика произвела 826 млрд. кВт-ч электроэнергии.

А далее, как все мы знаем, в 1999 году, благодаря резко улучшившейся конъюнктуре мировых топливно-энергетических цен, в Российской Федерации начался непрерывный промышленный рост, который правильнее было бы, конечно, называть восстановлением экономики, которое продолжается и по сей день. Темпы, особенно в 1999–2001 годах, были очень высокими, и объем промышленного производства увеличился примерно с 140 млрд. долларов в 1998 году до 222 млрд. долларов в 2002 году. Рост, таким образом, составил почти 60 процентов, или не менее 8-9 процентов в год. Достаточно быстрый рост объемов производства в промышленности происходил и далее – в 2002–2004 годах. В 2004 году российская промышленность произвела продукции почти на 386 млрд. долларов.

А что же, интересно, в это время происходило в энергетике под бдительным оком “самого эффективного менеджера России”, как иногда величают Анатолия Борисовича его поклонники и сторонники?

Для того чтобы быть абсолютно объективными и избавиться от достаточно субъективного и зависящего от инфляции стоимостного, ценового фактора, сравним некоторые отрасли по росту производства в натуральных показателях.

Итак, в 1998–2004 годах в РФ увеличилось производство:

- проката – на 58 процентов – с 34 до 54 млн. т;

- аммиака – на 51 процент – с 7,9 до 11,9 млн. т;

- серной кислоты – на 59 процентов – с 5,7 до 9,1 млн. т;

- пластмасс – на 106 процентов – с 1,6 до 3,3 млн. т;

- цемента – на 77 процентов – с 26 до 46 млн. т;

- автомобилей легковых – на 31 процент – с 0,84 до 1,1 млн. шт.;

- телевизоров – в 11 раз – с 324 тыс. шт. до 4.,5 млн. шт.;

- холодильников – на 150 процентов – с 1 до 2,5 млн. шт.

Список этот может быть многократно продолжен. По самым скромным подсчетам, промышленное производство в натуральном выражении за 1998–2004 годы выросло на 50 процентов.

Для сравнения: производство электроэнергии за этот же период увеличилось всего... на 13 процентов – с 826 до 930 млрд. кВт-ч.

Удивительно! Российская промышленность рвется вперед семимильными шагами, а высокоэффективный менеджмент РАО “ЕЭС “России”, как бы это помягче выразиться, плетется в хвосте этого гигантского экономического скачка, практически никак в нем не участвуя или, точнее, участвуя минимально, и я бы даже позволил себе предположить, в этой связи изрядно, этак на 2-3 процента в год, тормозя развитие российской экономики.

Зато в области стоимостных показателей Анатолий Борисович действительно показал себя докой, молодцом и удальцом-либералом. В самом деле! Ведь если в 1998 году одна тысяча кВт-ч, отпущенная разным категориям потребителей, стоила около 230 рублей, или по тогдашнему курсу около 11 долларов, то сейчас та же тысяча кВт-ч стоит уже около 840 рублей, или около 29 долларов. Иначе говоря, рост почти в 3 раза.

Если, например, учесть, что стоимость потребительского набора (то есть в области конечного потребления) увеличилась всего в два раза: с 20 долларов в 1998 году до примерно 40 долларов в 2004 году, то, в общем, понятно, что именно понимает Чубайс под эффективным управлением.

Иными словами, пока вся российская промышленность напрягалась и упиралась, увеличивая производство, наш наиболее эффективный менеджер, отложив в сторону хлопотное и нудное дело увеличения реального производства, легко увеличил стоимостной выпуск продукции своей отрасли почти в 3 раза, естественно, заставив оплачивать свои “успехи” потребителей электроэнергии.

Кончено, справедливости ради следует признать, что цены на электроэнергию следуют за ценами на топливо. В 2002 году 1 тысяча кубических метров газа стоила 187 рублей, или около 6,4 доллара, тонна топочного мазута – 2102 рублей, или около 67,8 доллара, тонна угля – 309 рублей (10 долларов). А в 2004 году то же количество газа стоило 290 рублей, или около 10 долларов, тонна мазута – 1927 рублей, или около 67 долларов, тонна угля – 489 рублей, или около 17 долларов.

Средневзвешенный рост цен на топливо с учетом удельного веса каждого вида топлива в производстве электроэнергии, таким образом, составил около 35 процентов. А цена на электроэнергию за этот же период выросла с 673 рублей (21,7 доллара) до 840 рублей (29 долларов) за 1 тысячу кВт-ч – фактически те же самые 35 процентов.

Однако если учесть, что примерно 15 процентов электроэнергии в РФ вырабатывается на гидроэлектростанциях, где стоимость материальных издержек изменяется достаточно медленно, то следует признать, что даже и тут цены на электроэнергию немного опережали цены на исходные для ее производства материалы.

Иными словами, сверхэффективный Чубайс не прибавил ни грамма своих усилий к колебаниям цен на топливо, строго следуя за их ростом и даже чуть ухитряясь временами отщипывать в свою пользу кусочки этого повышения.

Вот, к примеру, за 1980–1986 годы, которые Чубайс всегда презрительно именовал наиболее застойными, рост производства электроэнергии в РФ составил 22 процента (с 805 до 985 млрд. кВт-ч). Тоже, конечно, не ахти что, но все же больше, чем чубайсовские 13 процентов. Заметим – при неизменной цене.

Что касается роста производительности труда, то и здесь мы обнаруживаем страннейшую вещь: в 1991 году в электроэнергетике трудились примерно 720 тысяч человек. Это, учитывая вышеизложенные цифры, означает, что выработка на одного работника составляла в том очень далеком от нас году 1 млн. 500 тыс. кВт-ч. Спустя почти 15 лет, из которых почти 7 наша энергетика находится под эффективным управлением Анатолия Борисовича, выработка, учитывая, что в отрасли нынче трудится около 913 тысяч человек, составила примерно 1 млн. кВт-ч. Не знаю, что это означает и как называется в ведомстве Германа Оскаровича нынче, но в советское время это бы означало, что производительность труда в отрасли снизилась более чем на 50 процентов. По отношению к такому руководителю, конечно, немедленно были бы сделаны надлежащие оргвыводы и, увы, видимо, приняты соответствующие меры. Не знаю, назвал бы их Анатолий Борисович тоталитарными, но то, что они соответствовали бы степени допущенного ущерба для страны и были бы достаточно жесткими, – это несомненно.

И наконец, чтобы завершить показ “эффективного менеджмента” во всей его красе, глянем на один из базовых показателей в электроэнергетике – удельный расход условного топлива на 1 кВт-ч электроэнергии.

Если выработка на одного работающего является параметром, характеризующим качество управления в смысле умения работать с трудовыми ресурсами, то удельный расход топлива – это параметр, который позволяет оценить качество работы управленцев в сфере использования оборудования и расходных материалов, иначе говоря, материальной базы отрасли.

И вновь мы натыкаемся на необъяснимые в обычной логике парадоксы – в условиях советского единого энергокомплекса, когда, согласно учению Анатолия Борисовича, все только и думали, как бы половчее отлынивать от работы на ненавистный тоталитарный режим и как бы наиболее наплевательским образом отнестись к общенародной собственности, удельный расход топлива неуклонно снижался и к 1990 году достиг 312 г/кВт-ч. Конечно, можно было бы надеяться, что уж в 2005-то году под руководством столь выдающегося борца за демократию, знатока трудовой и системной мотивации русских людей и строителя либеральной империи удельный расход топлива (УРТ) будет, несомненно, снижен благодаря найденным им передовым подходам и правильно выстроенной системе мотивации управленческих кадров РАО.

Кончено, всё не могут осуществить даже титаны. Из всего вышеперечисленного Анатолию Борисовичу явно удался лишь последний пункт – выстраивание системы материального стимулирования управленческих кадров собственной организации. Однако, увы, даже и этот, гм, нетривиальный управленческий ход не помог.

В настоящее время УРТ составляет примерно 345 г/кВт-ч и достигнет уровня 1990 года в лучшем случае в 2009 году (это, между прочим, 20 лет спустя – да, не любят шутить эффективные менеджеры!). Иначе говоря, этот показатель ухудшился примерно на 12 процентов.

Сложим снижение выработки примерно на 50 процентов и увеличение расхода топлива примерно на 12 процентов и получим цифру примерно в 62 процента.

Именно эта величина характеризует реальное качество нынешнего менеджмента РАО “ЕЭС России”, его, увы, несостоявшийся субъективный вклад в улучшение экономической ситуации. Именно на эти 62 процента общество могло и должно было бы лучше и дешевле снабжаться электроэнергией при всех прочих рассматриваемых обстоятельствах (рост цен на энергоносители, экономический кризис начала 90-х и пр.).

И кстати, ведь мы не знаем, а вдруг развитие советского общества взяло бы да и, вопреки предсказаниям Егора Тимуровича, не остановилось бы на уровне 1990 года? Дух захватывает от вероятностных предположений, столь любимых либеральными экономистами, правда, в тех ситуациях, когда им нужно доказать свою правоту. В этом случае мы могли бы, экстраполируя темпы роста последних советских лет, предположить, что выработка на одного работающего в отрасли сейчас вполне могла бы составить не менее 2 млн. кВт-ч, а удельный расход топлива и вовсе снизился бы до 270 г/кВт-ч.

Впрочем, оставим сослагательное наклонение. Сказанного вполне достаточно, чтобы осознать, что А.Чубайс – бездарный менеджер, который свое неумение или нежелание работать над увеличением производства, повышением производительности труда и снижением материалоемкости прикрывает неоправданным ростом энерготарифов, серьезно замедляющим развитие российской экономики, и разнообразными, смешно звучащими заявлениями, обращенными частично к своим врагам, частично к российскому обществу, типа: “Не дождетесь!”

Безусловно, не он один виноват – огромная доля ответственности ложится и на Минпромэнерго и на ФТК, которые во многом ответственны за формирование цен в топливно-энергетическом комплексе, и, безусловно, на Минэкономразвития, которое, постоянно занижая возможный прогнозный рост нашей экономики, в упор не видит резервов роста, заключенных в ведомстве Анатолия Борисовича, и, видимо, намеренно не замечает, что один из главных тормозов в развитии российской экономики находится нынче в головном офисе РАО “ЕЭС России”.

Эхма, когда нас примерно в одно время с Анатолием Борисовичем учили в экономических вузах, считалось, что самое эффективное управление заключается прежде всего в увеличении производства за счет минимизации затрат на единицу продукции и внедрения передовых технологий и форм организации труда. Но, видимо, Анатолий Борисович неаккуратно посещал лекции и семинары по снижению издержек, ибо следов этого знания в его нынешней деятельности практически не видно, и, напротив, хорошо посещал занятия по изучению буржуазных экономических учений, где говорится, что цена определяется равновесием спроса и предложения. Снизив предложение, можно легко увеличить цену, ну и так далее – в общем достаточно понятно.

Мне,  конечно,  странно предполагать, что Анатолий Борисович сознательно саботирует развитие российской энергетики, а, следовательно, экономики. Ибо в этом случае, учитывая его удивительную несменяемость и неснимаемость, вытекающую  из нет менее удивительной симпатии, которую питает к нему наш президент,  придется предположить, что и сам Путин, как бы это сказать, гм, саботирует свои собственные призывы к удвоению, увеличению, ускорению и пр., и пр. А это уже есть некое существенное изменение и усложение всей системы наших взглядов на  второго президента РФ. Этакое наделение его вторым дном,  в свою очередь ставящее под сомнение всю систему его масштабных заявлений о величии России, укреплении ее мощи и пр., и пр.

Но все же …Если бы электроэнергетика России хотя бы развивалась бы такими же темпами,  как и вся экономика в целом в 1998-2004 годах, то есть если бы менеджмент РАО «ЕЭС России» и особенно его руководитель, в этом смысле хотя бы соответствовал среднестатистическим показателям по экономике в целом, не говоря уже некоем превосходстве, то  за счет эффекта мультипликации и более полного использования фактора системности, ВВП, по самым скромным оценкам,  мог бы быть процентов на 8-12 больше, а это между прочим 900-1300 млрд. рублей.

Алексей Петрович

 Проскурин

"ЭФГ", №22, 2005