Смыслы и бессмыслицы деревни Терпенье

Деревня как деревня, обычная для этих лесостепных мест сибирского Прииртышья. Век назад приехали сюда гонимые нуждой и голодом переселенцы с Полтавщины и Днепропетровщины. Позже, уже при Советской власти, этот район Омской области получит название Полтавского, а вот рождающейся деревне переселенцы сразу даруют редкое имя, возможное, пожалуй, только в России – Терпенье. Сегодня здесь 120 дворов и 400 жителей. Среди них и самый известный на селе человек – фермер Петр Федорович Шумаков. Был заведующим совхозным током, бригадиром в животноводстве, агрономом-семеноводом, когда окончил сначала сельхозтехникум, а потом Омский сельхозинститут. Полтора десятка лет возглавлял парткомы в совхозах “Большевик” и “Красногорский”, награжден почетной на селе медалью академика и дважды Героя Соцтруда Терентия Семеновича Мальцева. В 1995 году он решил организовать в Терпенье крестьянское хозяйство “Шумаково”.

I

Начал с того, что вместе с ещё несколькими родичами и земляками отправились с соседний Казахстан. Чтобы заработать деньги на аренду сельхозтехники, разными способами отвоёвывали брошенный кирпичный завод, две забытых всеми кошары. Меняли первые урожаи на лес, кирпич и другие стройматериалы, приобретали веялки, КамАЗы, прочую технику. Увеличивали поголовье коров, поросят, овец. Соорудили теплицу, где и розы благоухают, и другие цветы. Сотворили искусственное озеро глубиной в 4 метра и площадью в 2 гектара и зарыбили его: приходи любой односельчанин – рыбачь, купайся, загорай.

Основное же направление хозяйства агроном Шумаков определил сразу – семеноводство. Слух о выращенных здесь элитных семенах пошел по области. Передали областной ассоциации крестьянских и фермерских хозяйств, коей было предоставлено право распоряжаться губернаторскими кредитами для оплаты зерна, 320 тонн на сумму более 400 тысяч рублей. Считали, что те отправят элиту на участки размножения. Не тут-то было. Руководители этой структуры перевели элитное зерно на муку, многих других фермеров засадили в долговую яму, выдав им вместо семенного зерна… фуражное, от посева которого толку было, что с козла молока. А Шумакову ничего не компенсировали из бюджета.

Заправляющие ассоциацией Фоляк и Тянин из нее смылись. А когда Шумаков и новый глава ассоциации фермер Иван Ничков начали раскапывать их неблаговидные делишки, то на последнего было устроено покушение, едва не стоившие ему жизни: и удар металлической трубой по голове, и металлический заточенный уголок под ребро (преступление это так и не раскрыто). Шумакова же эта история уложила в больницу с сердечным приступом…

В судах и в обращениях в разные органы, вплоть до президента, Петр Федорович отстаивал интересы не только своего хозяйства, но и других фермеров Омской области. Вот семья Гордиенко из села Решетиловка. Бывший зооинженер вместе с женой до полсотни коров держат, овец романовской породы и коз с высшим качеством пуха развели. Могли бы делать вдвое больше. Будь добавка земли, да кредит бы выделили. Не дают ни того, ни другого. Столько кабинетных чиновничьих порогов истоптали, а всё без толку.

Вот другой “кульбит” омских чиновников. Вместо поддержки малого и среднего бизнеса, как это полагается по нацпроекту “Развитие АПК”, они финансировали из бюджета “латифундистов”, имеющих десятки тысяч гектаров, фирму “Оша”, производящую в основном водку, “Омский бекон” и другие достаточно богатенькие хозяйства. Короче, тех, у кого денег навалом.

Одному из первой десятки омских фермеров Валентину Ишимову то землю не давали, то на элеваторах дурили загадочным снижением клейковины зерна, то его должники бесследно исчезали под таинственным словом “самоликвидация”. Фермер залез в долги. Государство налогами, а банки высокими кредитными процентами ободрали его, как общеизвестную в народе липку. Измученный фермер в конце 2007 года скончался от сердечного приступа, а хозяйство его уже после смерти обанкротили.

В то же время Омскому областному сельскохозяйственному кредитному потребительскому кооперативу “Приволье” в нарушение указа губернатора выдали на безвозвратной и бесплатной основе в форме субсидии из областного бюджета 1,7 миллиона рублей. “Липовый” президент фермерской областной ассоциации Альтергот и гендиректор Тянин стали тянуть с фермеров за счет бюджетных денег под 20–23 процента годовых на собственное обогащение. И опять никто не принял соответствующих мер. В самых разных областных инстанциях, куда обращаются фермеры за помощью, от них просто отмахиваются. Дело доходит до анекдота. Так, чтобы встретиться с министром сельского хозяйства и продовольствия Омской области Николаем Гущей, Шумакову, Колосовичу, Ничкову и главе КФХ “Опыт” Виктору Осееву пришлось сначала… съездить в Москву, на прием к федеральному сельскому замминистра, после телефонного звонка которого в Омск региональный сельхозвождь соизволил их принять. Селяне пришли с конкретными предложениями: добиться полной гласности в распределении бюджетных фермерских денег, на законодательном уровне освободить сельхозпроизводителей от уплаты госпошлины по оформлению земли в собственность и по переоформлению техпаспортов, по реальным рыночным ценам формировать госзаказ. Всё кончилось стандартными обещаниями “вникнуть и разобраться”, да еще “доложить губернатору”.

Кроме фермерского звания, у Шумакова есть и общественное – ревизор областной ассоциации крестьян. Личный опыт, анализ материалов проверок Счетной палаты и прокуратуры дал Шумакову основания сделать вывод, что на территории Омской области действует устойчивое организованное сообщество, целью которого является хищение бюджетных средств, вкладов Сбербанка, захват предприятий, преднамеренное банкротство крестьян. “Мафи” то электроэнергию отключат в страдную пору, то технику отберут в счет правых и неправых долгов, то до больниц, а то и до смерти доведут, как довели одного из самых авторитетных фермеров, заслуженного механизатора России Б.М. Смагина. Весной прошлого года дело дошло до публичной голодовки в селе Верхний Карбуш в доме депутата сельсовета Ирины Дроздовой восьми омичей, которая продолжалась больше месяца и была прервана не только по требованию медиков, но и по извечной крестьянской причине – необходимости весенне-полевых работ. Осенью прошлого года – новая коллективная голодовка крестьян с требованиями “относиться по-человечески к человеку села”, которая, по заключению врачей, была “чревата смертельной опасностью”.

Буквально на финише 2007 года самого Шумакова “порадовали” окончательным решением его многолетней борьбы за украденное зерно. Судебный пристав-исполнитель А.К. Пукалова постановила: “Считать данное исполнительное производство № 751(07) от 27.11.2007 г. окончательным. Возвратить исполнительный документ взыскателю без исполнения”. Уже в новом, 2008 году, в один и тот же день – 17 января, и.о. министра сельского хозяйства области В.К. Руди и первый заместитель облпрокурора Н.Д. Саврун чуть ли не под копирку сообщили фермеру, что “исполнительные производства были окончены в связи с невозможностью взыскания” присужденных ему арбитражным судом Омской области 600 тысяч рублей, что всё является “законным и обоснованным”, что на “поставленные вопросы вам многократно и своевременно давались основанные на законодательстве исчерпывающие разъяснения”, что “фактов волокиты не усматривается”.

Шумаков после всего этого мог бы плюнуть на всё, но он отправил Д.А. Медведеву очередное письмо, где поставил вопросы:

1. Почему в Омской области идет процесс раскрестьянивания крестьян, буквально уничтожения их как класса?

2. Почему местные органы власти действуют против решений правительства страны?

3. Почему никто не хочет помогать крестьянам в правом деле, постоянно отбояриваясь отписками?

В последний раз?

II

За несколько своих поездок в Москву ходоки-крестьяне из Омского Прииртышья побывали в администрации президента РФ, в Белом доме, в Государственной думе, в Совете Федерации, в аппарате Уполномоченного по правам человека и во многих других госструктурах. Многое за это время познали. В России в постсоветские годы погибли 17 тысяч сёл и деревень. Страна впервые в своей истории утратила продовольственную независимость, поскольку почти половина харчей уже завозится из-за рубежа. При урожае в 1990 году в 113,5 млн тонн зерновых в последние годы едва две трети этого наскребается. То есть, вместо того чтобы производить одну тонну зерна на душу населения – обязательное условие безопасности любой державы, у нас аккурат половина этой общемировой нормы. В 1990 году доля бюджетных расходов на поддержку села тогда ещё РСФСР составляла порядка 19 процентов, в 1997 году – 3 процента, в 2004-м – полтора процента, а в 2007 году эта доля, несмотря на так называемый национальный проект, составила 0,4 процента. В странах Евросоюза – приблизительно в 40 раз выше.

А ведь какой житницей ещё пару десятков лет назад была Омская область! За колбасой и мясом, вплоть до индюшачьего, сюда ехали даже из Казахстана. Нынче 70 процентов людей на селе живет за чертой бедности. По данным областного профсоюза работников АПК, средняя зарплата – 4 тысячи рублей, то есть ниже черты прожиточного минимума. А безработица колеблется от 14 процентов в Омском районе до 43 процентов в Называевском. Молодежь бежит в города, а нехватку рабочих рук приходится покрывать, приглашая китайцев, таджиков и прочие плодовитые народы.

В Новосибирской области сельхозпредприятие “Морское”, преобразованное в кооператив “Морские нивы”, испытывало финансовые проблемы. И вот появляется СПК – агрокомпаньон. Начинает скупать у крестьян их доли. Пошли судебные иски. Помочь селянам крайне тяжело в силу запутанности и сложности сегодняшнего законодательства.

Сегодня аграрный сектор курирует Минэкономразвития, которое не знает, что такое земля и сельхозпроизводство. Оно оперирует понятиями «товар», «деньги», «прибыль». И отсюда – законодательный брак. Безусловно, необходим особый закон по поддержке сельского хозяйства. Был уже подготовлен весьма неплохой, который после первого чтения его в Госдуме превратился в ничто. С подачи “Единой России” он прошел, но там исчезли цифры, исчезли рубли, исчезли направления и программы. И получился некий рамочный документ, требующий каждый раз принимать постановление правительства. Налицо не поддержка сельского хозяйства, а “кривое законодательство”, на котором греют руки как чиновники, так и всевозможные недобросовестные фирмы.

К сегодняшнему дню в Московской области рейдерским захватам подверглись 250 предприятий, представители 80 из них уже обратились к “Крестьянскому фронту”. По его просьбе Счетная палата провела проверку, которая показала, что только в Подмосковье и только в 2004–2006 годах произошел вывод более 6,5 тысячи гектаров земель из сельскохозяйственного назначения, а посевные площади сократились на 283 тысячи гектаров. В результате в области заброшено, не обрабатывается уже 60 процентов сельхозугодий! Счетная палата сделала такие выводы: во-первых, на селе всегда можно взять землю и организовать дачное строительство, всякие кооперативы и прочее, при этом земля все равно будет числиться за сельским хозяйством; во-вторых, достоверных данных по состоянию земель ни у одного министерства, включая Минсельхоз, нет, а предоставляемым доверять нельзя. Захват земли “юридически отработан” настолько, что можно в 5 дней зарегистрировать 400 квадратных километров восьми сельхозпредприятий, как это проделал рейдер Бойко. Сейчас он, правда, под следствием, за решеткой.

Главный статистик Омской области И.К. Викторов рассказывает: до 1990 года сельское хозяйство здесь было самодостаточным и высокоэффективным, из 400 хозяйств только 19 являлись нерентабельными из-за сложных природных условий – подтайга, южная степная, где выпадает всего около 300 мм осадков. Область выращивала по полторы тонны зерна на каждого жителя (вспомним, что для прекрасно экономически развитого государства достаточно и одной тонны). Здесь производилось на душу населения 113 килограммов мяса в убойном весе без субпродуктов второй категории, 788 литров молока – вдвое больше, чем надо жителю области. В 1992 году крестьян поманили на вольные хлеба. Было образовано 8 тысяч фермерских хозяйств. Теперь из них осталось 3 тысячи. Министр сельского хозяйства России А.В. Гордеев однажды выступал в Думе и расхваливал Омскую область: такие здесь фермеры прекрасные – по 30-40 тысяч гектаров земли обрабатывают. На самом деле идет захват земель, уничтожение отлаженных хозяйств. В прошлом году пришлось обращаться к губернатору области Полежаеву в связи с ликвидацией ордена Ленина племсовхоза “Омский”. Его просто растащили. И теперь даже орден и грамоту Президиума Верховного Совета СССР не могут найти. В 1944 году совхозу было присуждено знамя Государственного Комитета Обороны за прекрасную работу – оно тоже пропало.

На правительственном уровне хвалятся тем, что можем продать хоть в Антарктиду 15 миллионов тонн зерна, но при этом не говорят, что у нас меньше половины скота осталось. Последняя перепись показала, что было его 20 миллионов голов, а сейчас 9. При этом 20 миллионов гектаров земли выведены из оборота. Вот поэтому и закупаем 50 процентов мяса и молока за рубежом. А там нам надо брать не продукцию, а опыт по ее производству. В США, например, законы о развитии сельского хозяйства обновляются каждые 5 лет. В них прописываются и цены на основные продукты производства, и сам уровень производства. В Германии производитель не станет ничего сеять и выращивать, не зная заранее, кто у него эту продукцию купит. Наши фермеры, как и работники чудом сохранившихся совхозов, также должны знать наперед, сколько гектаров и чем засевать, сколько голов скота выращивать. А иначе – разоришь агрария.

Крестьяне всё еще надеются на Москву, хотя именно отсюда идет разрушение русской деревни.

Ушедший из жизни довольно молодым, поэт Николай Мельников написал:

“Поставьте памятник деревне

На Красной площади в Москве…

Там будут старые деревья,

Там будут яблоки в траве,

И покосившаяся хата

С крыльцом, рассыпавшимся в прах,

И мать убитого солдата

С позорной пенсией в руках…

Пусть рядом робко встанут дети,

Что в деревнях еще растут,

Наследство их на белом свете –

Всё тот же черный рабский труд.

Присядут бабы на скамейки,

И всё в них будет, как всегда, –

И сапоги, и телогрейки,

И взгляд, потухший в никуда…

Поставьте памятник деревне,

Чтоб показать хотя бы раз,

Что как покорно, как безгневно

Деревня ждет свой смертный час…”

Верим: русская деревня сбросит с себя покорность. Дело за вождем.

III

Шумаков на одном из совещаний сельхозпроизводителей написал губернатору записку о финансовых махинациях с невозвратом зерна. Тот перед телекамерами бросил: “Разберемся. Накажем. Вернем”. Разумеется, никого не наказали, ничего не вернули, зато на Шумакова начался подлинный милицейско-административный “накат”, вплоть до отключения тепла у хозяйства при 30-градусных морозах. Стоило группе фермеров обратиться вновь к Полежаеву с очередной жалобой, как на ее инициатора И. Ничкова было совершено покушение. При Полежаеве убили более 40 известных людей Прииртышья. И до сих пор убийства не раскрыты. Губернатор, по его собственным словам, был “идеологом и зачинателем” известной компании “Сибнефть”, за которую “Газпром” отвалил Р. Абрамовичу 13 миллиардов долларов. Против ее создания выступал генеральный директор Омского нефтезавода И. Лицкевич. Не потому ли потом он то ли сам утонул в Иртыше, то ли его в бочке на собственной даче утопили? Эту же компанию немного позже начала проверять комиссия областного Законодательного собрания, членом которой был один из перспективных кандидатов в губернаторы О. Чертов, историк, философ, поэт, главный менеджер ПО “Омскшина”. Убит в 37 лет. От пули киллера гибнет директор пивзавода “Росар” И. Багнюк, автор всем известной “Сибирской короны”. Загадкой остались смерти главы Тевризского района И. Чуланова и депутата Законодательного собрания, директора ГУП “Омскгазстройэксплуатация” В. Саенко. Но, несмотря на неспособность раскрыть эти убийства, милицию в области все эти годы продолжает возглавлять приглашенный Полежаевым из Казахстана генерал В. Камерцель.

А что же Полежаев? Да пишет книжки. Про себя – какой он хороший. И постоянно любим Путиным. Одного поля ягодки?

На счету Полежаева публичные же игры с Казахстаном, откуда прут в Омск потоки наркотиков. Назарбаевцы унижают Россию и русских. Ставят всевозможные экономические препоны. В том числе по водопользованию Иртыша, перехваченного именно в соседней стране плотинами. Не потому ли Полежаев стал лауреатом премии “Мира и духовного согласия” президента Казахстана? Когда же Русская община Омска публично потребовала от губернатора отказаться от этой премии и вернуть ее Назарбаеву, то общине этой элементарно “перекрыли кислород”, отлучив от помещения для собраний в общественно-политическом центре, да и от всех СМИ в придачу.

Не совсем понятно, зачем омский губернатор так ретиво держится за власть, стимулирует культ собственной личности, несусветные восхваления в свой адрес.

И непонятно, почему деревня Терпенье вместе со всеми омичами терпят власть, которая служит кому угодно, но только не России, не русскому народу?

Леонид Георгиевич

ГОРЫНИН,

профессор Югорского государственного университета;

Борис Федорович

СУПРУНЮК,

лауреат премии Союза журналистов РФ “Золотое перо России”

ОМСКАЯ обл.

ДРУГАЯ ТОЧКА ЗРЕНИЯ: Если оценить этот рассказ в разрезе общемировых тенденций, то сопротивление так называемых “чиновников” фермерским хозяйствам является делом прогрессивным. Идея о том, что «фермер накормит страну», тупо насаждалась нашими родными «попугаями» с подачи умных политтехнологов Запада. Те неустанно добиваются своей цели – увековечить диктат «золотого миллиарда» над всеми остальными народами, у которых, мол, менталитет не тот, не “демократический”, не “благонамеренный” и даже агрессивно традиционалистский. К этой идеологии американской “консервативной революции”, а возможно многовековой “революции” масонов-сионистов, активно подключились некие клики в России, бросив в мясорубку бесчеловечного (Анти-Просвещение) Молоха и большинство русского народа.

Может быть, омские “чиновники” и не совсем понимают смысл своего сопротивления фермерству. Без сомнения, в ходе этого сопротивления они преследуют корыстные цели. Но в целом фермеризация, не считая ее некоторых плюсов, – это прямой путь в никуда. В варваризацию сельхозпроизводства. Движение поперек мирового развития. Бессмысленность. А смысл – идти вперед. Куда именно – это, в частности, могли бы подсказать умные фермеры. Если, конечно, они способны отрешиться от нанесенных им обид, взглянуть на свои проблемы осмысленно. То есть наступив на горло собственным пристрастиям. Аминь.