ИННОВАЦИОННЫЙ ПОРТАЛ «ЭФГ»            

РОССИЙСКИЙ ВВП СОСТОИТ ВО МНОГОМ ИЗ ПРОДАЖИ И ПОКУПКИ БЕССМЫСЛЕННЫХ ИЗДЕРЖЕК

В России уже функционирует более 60 инновационно-технологических центров, 40 технопарков, 30 центров трансферта технологий, формируется сеть венчурных фондов. Однако доля России в мировом наукоемком экспорте не превышает и полпроцента. Только 8% роста отечественной экономики достигается за счет высокотехнологичных секторов, в то время как в развитых странах этот показатель близок к 60%.

И государство, и частный бизнес в России активно занимаются поиском путей повышения эффективности экономики через ее технологическую модернизацию.

Технологическая модернизация без снижения избыточной энергоресурсоемкости бессмысленна. Но где же ее смысл, если, вкладывая деньги в эффективность, мы не понимаем, как эти вложения окупятся и принесут доход?

Энергоресурсосбережение – это в первую очередь высвобождение огромных финансовых ресурсов от обязанности покрытия этих избытков. Целесообразно направлять высвободившиеся финансовые средства на расширенную технологическую модернизацию экономики. Судьба этих средств не может находиться в области неопределенности.

Необходим ряд принципиальных инновационных изменений в таких областях, как ценообразование, планирование, налогообложение, финансово-бухгалтерское делопроизводство и т.д. Необходима инновационная корпоративная мораль для всех хозяйствующих субъектов, определяющая возможности извлечения дохода в результате сокращения затрат и высвобождения финансовых ресурсов при безусловном обеспечении доходности всем участникам инновационного процесса.

В первую очередь необходим анализ сущности и истоков основного фактора, определяющего текущее состояние и ближайшие перспективы развития экономики России. Это мировой финансовый кризис.       

Современные эксперты описывают это следующим образом. Развитие товарно-денежных отношений сопровождается усилением роли финансов в экономике и одновременным отделением финансового капитала от его материальной основы. Из производственного оборота высвобождалась значительная часть средств, являющихся в первоначальном состоянии прибылью предприятий. Рынки ценных бумаг обеспечивали игрокам прибыли, многократно превышающие доходы в основном производственном процессе.

В результате разрыв между темпами роста реального и фиктивного капиталов возрастал. Естественная потребность в расширении области приложения фиктивного капитала в реальном секторе экономики не удовлетворялась, что и привело к ситуации, в которую мы попали и которую необходимо исправлять.

Исправление ситуации должно происходить в том числе благодаря возврату финансового капитала к его материальной основе – в реальный сектор экономики. Вот только вопрос: как это сделать?

Для России мировые финансовые рынки не являются единственным источником формирования фиктивного капитала. В рамках производственного процесса, характерного для России (экономика которой по-прежнему является затратной), значительная часть финансовых средств, находящихся в обороте, занималась и занимается исключительно покрытием избыточной ресурсоемкости. Эти средства также формируют фиктивный финансовый капитал, и они не участвуют в создании прибавочной стоимости. Необходимо перевести средства в активное состояние. Это возможно сделать только в реальном секторе экономики, так как источником всех богатств является производство благ.

Фиктивный (в данном случае – занятый облуживанием аномальной ресурсоемкости) капитал определяет уровень эффективности реального сектора отечественной экономики.

Современная экономика России энергорасточительна. Энергоемкость внутреннего валового продукта превышает среднемировой показатель в 2,3 раза, а по странам ЕС – в 3,1 раза.

По данным «Энергетической стратегии России на период до 2020 года», существующий потенциал энергосбережения в России составляет 360–430 млн. т у.т., или 39–47% текущего потребления энергии. Почти третья его часть сосредоточена в топливно-энергетических отраслях, еще 35–37% в промышленности и 25–27% в ЖКХ.

Представленный в натуральном выражении потенциал энергосбережения имеет, конечно, финансовый эквивалент. Этот эквивалент является фиктивным капиталом. (Если исходить из расчетов автора, то только прямой годовой финансовый эквивалент потенциала энергосбережения равен примерно 200 миллиардам долларов. – Ред.) Одновременно это новая стоимостная ценность, которая в случае высвобождения от обязанности покрытия избыточной энергоемкости становится инвестиционным потенциалом. Цель реинвестирования этих средств – качественное обновление технологической базы и создание инновационного финансового менеджмента по управлению затратами. Условно определим название этой стоимостной ценности – «технологическая рента».

Итак, один из итогов технологической модернизации экономики России – это снижение энергоемкости внутреннего валового продукта до мирового уровня. Но при этом заранее необходимо: определить судьбу ресурсов, как в натуральном, так и в денежном выражении, сокращенных в производстве и потреблении; спланировать направления движения высвободившихся денежных средств; рассмотреть, как изменятся условия функционирования хозяйствующих субъектов, сокративших объемы производства и потребления всех видов энергии; предусмотреть для них возможности компенсации потерь от сокращения объемов производства.

В результате инновационных преобразований могут возникать негативные последствия, связанные с финансовыми и социальными проблемами в тех областях, которые будут оставаться позади. Необходим механизм прогнозирования таких последствий и их предупреждения.

Сегодня основные потребительские свойства инновационных научно-технических разработок связаны с сокращением затрат при их использовании, но их широкомасштабного внедрения не наблюдается.

О причинах крайне низкой востребованности инновационных факторов производства в экономике России сказано в докладе министра промышленности и энергетики Российской Федерации от 7 июля 2006 года на заседании правительства по вопросу «О перспективах развития электроэнергетики в Российской Федерации».

При наличии высокого потенциала для проведения энергосбережения в отраслях экономики и быту его широкая реализация в настоящих условиях сдерживается отсутствием экономической заинтересованности. Отсутствие экономической заинтересованности не позволяет использовать огромные финансовые ресурсы, кроме как на покрытие избыточной ресурсоемкости и непроизводительных затрат. Связано это с тем, что за время становления и развития рыночных отношений сложилась устойчивая схема ведения бизнеса. Она заключается в том, что в хозяйственный оборот вовлекаются различные ресурсы, которые подвергаются разнообразным технологическим переделам, в результате производится товар (услуга). Их реализация на рынке компенсирует понесенные затраты и приносит доход. На практике в России это сводится к тому, что хозяйствующие субъекты стремятся к увеличению себестоимости продукции (услуги), формируя ее избыточными издержками на привлекаемые ресурсы и на их технологические переделы, и компенсируют эти избыточные затраты при реализации своей продукции и услуг на рынке.

Вступая в товарно-денежные отношения, хозяйствующие субъекты реализуют и приобретают избыточные и непроизводительные издержки, формируя таким образом фиктивный капитал. К тому же в условиях сложившейся финансово-бухгалтерской и нормативно-законодательной системы отсутствует экономическая заинтересованность в снижении издержек, как сказано об этом в докладе министра.

Другими словами отсутствует механизм высвобождения финансовых ресурсов и использования их в целях повышения эффективности производства и потребления и получения дополнительной прибыли.

К разговору о финансово-экономическом кризисе уместно напомнить об известном определении кризиса. То есть кризис – это ситуация, когда уровень развития производственных сил опережает уровень развития производственных отношений и они вступают в противоречие.

Эта ситуация подробно рассмотрена современной институционно-эволюционной теорией, представленной в классической работе лауреата Нобелевской премии по экономике Дугласа Норта «Институты, институционные изменения и функционирование экономики».

Институты, согласно Дугласу Норту, – это набор правил, процедуры соответствий, моральное и этическое поведение индивидуумов в интересах максимизации богатства. Институты – это разработанные людьми формальные (законы, конституции) и неформальные (договоры и добровольно принятые кодексы поведения) ограничения, а также факторы принуждения, структурирующие их взаимодействие. Все вместе они образуют побудительную структуру обществ и экономик.

Институциональное развитие экономик происходит под влиянием взаимодействия между институтами и организациями, когда первые определяют «правила игры», а вторые являются «игроками».

Новые институты, согласно Дугласу Норту, появляются тогда, когда общество усматривает возможность получения прибыли, которая не может быть получена в условиях уже существующей институциональной системы. Иными словами, если производственные факторы предоставляют возможность увеличения доходов, а институциональные этому препятствуют, тогда велики шансы возникновения новых институтов.

Ключом к экономическому росту является эффективная организация экономики. Институты создают базовые структуры, с помощью которых люди на протяжении всей истории добивались порядка и таким образом снизили степень своей неуверенности.

Для того чтобы технологическая рента стала реальным инструментом модернизации технологической базы экономики России, согласно Дугласу Норту необходимо создать новую институциональную систему.

Для нас также представляет большой интерес инновационная теория Й. Шумпетера. Основные идеи теории экономического развития этого ученого основаны на следующем: чтобы обеспечить собственное развитие, экономика должна сойти со своей привычной траектории и «резко сменить свои собственные показатели», для чего необходимо осуществить «новые комбинации».

Это положение органично сочетается с установкой Дугласа Норта: новые институты (а резко сменяемые собственные показатели таковые и есть) появляются тогда, когда общество усматривает возможность получения прибыли, которая не может быть получена в условиях уже существующей институциональной системы.

Новые комбинации, о которых говорит Шумпетер, появятся в результате коренного изменения структуры отечественной экономики. Базовую макроэкономическую модель для этого следует модернизировать, обогатив взаимоотношения между потребителями и производителями возможностями не только компенсировать собственные и приобретенные издержки, но и получать дополнительную прибыль от присвоения технологической ренты, развивая корпоративные отношения в процессе создания новых рынков товаров и услуг.

Опираясь на учение К. Маркса, современную институционно-эволюционную теорию Д. Норта, теорию инновационного развития Й. Шумпетера, предлагаем в общем виде следующий план реорганизации экономики:

1.           В условиях жесткого государственного регулирования обеспечить сход отечественной экономики со своей привычной траектории развития, для чего разработать на базе концепции «технологической ренты» новые показатели эффективности.

2.           Организовать отбор отечественных, доведенных до уровня промышленного совершенства научно-технических и технологических разработок, промышленное освоение которых позволит обеспечить возврат фиктивного капитала в реальный сектор экономики и его активизацию в нем.

3.           Осуществлять «новые комбинации». На базе современных методов приступить к формированию новых проектных организаций для промышленного освоения отобранных разработок, в состав которых ввести разработчиков, держателей, производителей и потребителей этих разработок. Привлечь в состав этих организаций представителей органов законодательной и исполнительной власти, финансовых институтов, организации, занимающиеся инновациями в области делового администрирования, системами качества и т.д., для конкретной работы по эффективной реорганизации экономики.

4.           Проектным организациям одной из основных задач считать осуществление прогноза последствий от промышленного освоения отбираемых научно-технических и технологических разработок для выявления хозяйствующих субъектов и отраслей, условия существования которых изменятся согласно сценариям, приведенным выше в исторических примерах. Привлекать эти хозяйствующие субъекты и отрасли в состав проектных организаций для поиска вариантов размещения их интересов в инновационных проектах.

5.           Проектным организациям следует разрабатывать предложения по институциональным преобразованиям, позволяющим получать прибыль, которая не может быть получена в условиях уже существующей институциональной системы. Разработать принципы новой корпоративной морали по взаимодействию между институтами и организациями, когда первые определяют «правила игры», а вторые являются «игроками».

Владимир Павлович Лукин, инженер-механик