Производственная кооперация в России: «былое и думы»

В России вся собственность выросла из

«выпросил», или «подарил», или кого-нибудь «обобрал».

Труда в собственности очень мало.

И от этого она не крепка и не уважается.

В. Розанов

Мир меняется. Рушатся империи, казавшиеся нерушимыми. Возникают новые империи, которых, скорее всего, постигнет судьба старых. Происходит переход от индустриального общества к постиндустриальному. Стремительно меняется сам человек и его роль в обществе и на производстве. Старые формы, в которых он был отчуждён от принятия жизненно важных для него решений, заменяются новыми формами отчуждения. Одновременно в мире набирает силу тенденция освобождения человека от всевластия капитала, в том числе в сфере экономики. Это, в частности, проявляется в вовлечении работников в управление производством и распределение его результатов в различных их видах, в развитии коллективного предпринимательства в двух его главных формах: кооперативной и акционерной. Только в кооперативах сферы производства и услуг в мире занято более 100 млн. человек.

Как сегодня обстоит дело в России с производственной кооперацией, которая имеет глубокие исторические корни и традиции? Как известно, страна в границах царской России к началу 1917 года вышла на первое место в мире по числу кооперативов всех видов и членству в них. На 1 января 1917 г. в стране насчитывалось 41 тыс. 187 кооперативов с числом членов около 13,5 млн человек.

В советский период кооперация знавала как падения, так и взлёты – в зависимости от изменения идеологических установок: разрушение рынка – в этом случае кооперация должна отмереть, использование товарно-денежных отношений – она должна возродиться.

В постсоветский период, казалось бы, не должно быть никаких препятствий развитию производственных кооперативов. Тем не менее с января 1991 г. по декабрь 1994 г. они были исключены из перечня законных форм предприятий. Это вынуждало их преобразовываться в объединения капитала – хозяйственные общества и товарищества, которые не предполагают личного трудового участия в их деятельности. Заметим, не все производственные кооперативы поддались такому натиску, поскольку действовал ещё советский закон о кооперации в той мере, в какой он не противоречил законам, принятым новой властью. Однако при решении вопроса о перерегистрации действовавшего производственного кооператива общепризнанный принцип римского права – «что не запрещено – разрешено» зачастую заменялся принципом византийского права – «что не разрешено – запрещено».

После введения в действие в 1995 г. Гражданского кодекса РФ производственные кооперативы были легализованы и формально поставлены в равные условия с другими организационно-правовыми формами предприятий. При этом, вопреки господствующей в мире практике, они были отнесены к категории организаций, главной целью которых является извлечение прибыли.

Надёжная статистика числа производственных кооперативов отсутствует. Называются разные цифры: от 15 до 20 тысяч.

Созданию новых производственных кооперативов мешает прежде всего невозможность прямого преобразования в них государственных и муниципальных предприятий в процессе приватизации. Они могут стать только открытыми акционерными обществами. Теоретически ОАО может стать производственным кооперативом, но для этого необходимо согласие владельцев более 75 процентов его акций. Между тем доля работников-акционеров в акционерном капитале приватизированных предприятий страны уменьшилась, по экспертным оценкам, с 50 до примерно 20 процентов. Кроме того, с 2002 года работники лишены всех приватизационных льгот, что противоречит мировой практике. Но главная причина – бедность подавляющей части работников, которая не позволяет им выкупить имущество своего предприятия с целью создания кооператива.

Не способствует развитию производственной кооперации слабость или просто отсутствие их «опорных структур» в виде собственных банков, консультационных центров, систем обучения и просвещения работников по вопросам хозяйствования в кооперативной форме, а также, мягко говоря, безразличное отношение государства (в отличие от мировой практики) к этому типу хозяйствования. Наконец, негативную роль сыграло извращение, опошление и дискредитация законодателем самой идей кооперации в период «перестройки». В законе СССР о кооперации 1988 г. не было установлено ограничение числа наёмных работников в кооперативе. Во многих случаях это приводило к тому, количество наёмных работников намного превышало число членов кооператива. Например, в одном производственном кооперативе на трех его членов приходилось двести наёмных работников. Фактически кооператив превратился в обычное частное предприятие. В мире, где более одного миллиарда жителей заняты в кооперации и кормят почти три миллиарда жителей планеты, подобного рода явления, позорящие кооперацию, редки.

К сказанному следует добавить использование производственных кооперативов в качестве торговых посредников государственных предприятий с целью повышения продажной цены государственных товаров и услуг, что одновременно било по карману потребителей и набивало карманы так называемых кооператоров и руководителей госпредприятий. Кроме того, дискредитации кооперативов способствовало практически повсеместное отсутствие в их деятельности реальной производственной демократии. Немалое раздражение граждан также вызывало появление кооперативов в сфере услуг, которые ранее предоставлялись бесплатно. Например, появление платных кооперативных туалетов.

Но даже в этих неблагоприятных условиях ряд производственных кооперативов показали свою высокую экономическую эффективность и социальную устойчивость. Наиболее представительным является опыт хозяйствования завода «Электрокабель» (г. Кольчугино), до недавнего времени функционировавшего в форме производственного кооператива. Его официальным девизом было: «Сам работаю, сам владею, сам управляю». Кооператив являлся одним из трех крупнейших предприятий России по производству и реализации кабеля и проводов различных марок, шнуров, металлической сетки. Выпускаемая им продукция пользовалась неизменным спросом на внутреннем рынке и за рубежом. Предприятие входило в число 200 крупнейших компаний России по объему производства и реализации про­дукции и находится в числе 100 ведущих компаний на российском рынке электротехнической продукции. По данным Российс­кого Союза промышленников и предпринимателей и Торгово-промыш­ленной палаты РФ, предприятие входило в группу лучших предприятий России.

Таких примеров можно привести не много. Авторам видятся следующие пути решения проблем становления и развития производственных кооперативов в России.

Во-первых, отнести производственные кооперативы к категории неприбыльных (некоммерческих) организаций либо предоставить им право выбора – быть коммерческими или некоммерческими. Как известно, за рубежом производственные кооперативы – это неприбыльные организации либо сами выбирают, какими им быть. Если кооперативы функционируют в рамках «социальной экономики», нацеленной не на извлечение прибыли, а на удовлетворение жизненно важных социальных нужд и потребностей граждан (создание новых рабочих мест, предоставление населению дополнительных услуг и др.), то их предпринимательские инициативы обычно активно поддерживаются органами власти, в первую очередь на местном уровне. Такого рода предприятия, как правило, имеют налоговые или иные льготы. (В современной России производственным кооперативам предоставляются льготы только в том случае, если они отнесены к категории малых предприятий.)

Во-вторых, предоставлять производственным кооперативам, ставшим некоммерческими организациями, льготы по налогам, кредитам, тарифам, арендной плате; устанавливать для них квоты на проведение различного рода общественных работ (как это имеет место, скажем, во Франции) и т.п. (В истории России подобная практика имела место, например, до 1917 г. кооперативы с доходом до 10 тыс. рублей в год освобождались от налогов.)

         В-третьих, наделить наёмных работников правом быть представленным в органах управления производственного кооператива в качестве полноправных участников принятия решений. Такая норма в российском законодательстве отсутствует, а в законодательстве ряда развитых стран – присутствует, либо этот вопрос решается положительно в уставе кооператива (как это имеет место, например, в Дании), либо его решение отдаётся на усмотрение кооператива.

В-четвёртых, установить порядок, при котором работники предприятия, имеющего признаки банкротства либо находящегося на стадии ликвидации, получают право создавать на его имущественной базе производственный кооператив с целью сохранения производства и повышения его экономической и социальной эффективности.

 В-пятых, содействовать созданию производственных кооперативов, членами которых станут безработные путём организации и финансирования системы профессионального обучения и привития навыков принятия управленческих решений на базе центров занятости, а также предоставления льготных кредитов и субсидий безработным, изъявившим желание создать такой кооператив на демократической основе.

В-шестых, способствовать становлению и развитию «опорных структур» производственной кооперации, в частности инкубаторов – неприбыльных организаций, созданных с участием граждан, предприятий, общества и власти в целях содействия созданию и становлению предприятий, управляемых их работниками. Это предполагает разработку и реализацию социальных стандартов трудовой жизни на принципах экономической демократии. Аналогом такой организации – применительно пока к народным предприятиям – может стать первый в стране инкубатор, который предполагается создать на основании решения Совета Федерации в г. Нальчике (Кабардино-Балкария). Создание инкубаторов в классическом виде предполагает значительные затраты (помещения, оргтехника, коммунальные услуги, транспорт и др.). Поэтому представляется целесообразным использовать такую современную форму инкубатора, как «дистанционный», или «виртуальный», инкубатор, оказывающий необходимый набор услуг (в первую очередь информационных и консультационных) на базе современных информационных технологий и Интернета. Такой инкубатор может быть создан физическими или юридическими лицами, пользователями услуг которого на безвозмездной или платной основе могут быть предприятия, создаваемые и управляемые их работниками. Возможен также иной путь создания инкубатора – самими такими предприятиями.

Среди первоочередных мер по демократизации хозяйственной власти в отдельно взятом производственном кооперативе можно выделить следующие:

1.                Предусмотреть в уставе любого кооператива право наёмного работника стать его членом при условии добросовестного выполнения своих трудовых обязанностей в течение срока, определенного уставом, а также внесения паевого взноса и соблюдения ряда других требований, установленных уставом. Это будет соответствовать непреложному принципу добровольности и открытости членства в кооперативе, закрепленному в Декларации Международного кооперативного альянса о кооперативной идентичности.

2.                Изменить в уставе кооператива установленный законом норматив максимальной численности наёмных работников в нём с 30 до 10 процентов (как в мондрагонских кооперативах и российских народных предприятиях) для минимизации риска утраты кооперативом своей сущности как формы объединения труда.

3.                Внести в устав кооператива положение об обязательном участии наёмных работников в его доходах, как это имеет место во многих зарубежных производственных кооперативах. (В России этот вопрос отдан на усмотрение общего собрания членов кооператива.)

4.                Установить предельно допустимое соотношение в доходах членов кооператива, подобно тому как это имеет место в целом ряде зарубежных производственных кооперативов. (Например, в тех же мондрагонских кооперативах первоначально такое соотношение составляло 3:1, затем – 4,5:1, в исключительных случаях – 6:1.)

5.                Повысить качество экономического образования членов кооператива. В настоящее время даже в преуспевающих кооперативах, за редким исключением, оно крайне низкое. (Иллюстрацией этого может служить факт единогласного решения всех 2700 членов производственного кооператива «Электрокабель» (г. Кольчугино) о преобразовании его в ОАО по инициативе генерального директора. Такое решение могли принять только малокомпетентные и чрезмерно доверчивые в этом вопросе работники-пайщики.)

Производственные кооперативы, конечно, не панацея от всех бед отечественной экономики. Более того, они должны найти и занять свою нишу и доказать в ней свою экономическую и социальную эффективность по сравнению с иными формами хозяйствования. Но главное – в другом. В современном мире господствуют высокие технологии, культ силы и ощущается острый дефицит нравственных и моральных принципов. В этих условиях только на базе коллективных предприятий, в первую очередь кооперативных, а также предприятий в любой другой организационно-правовой форме, но с демократической системой управления может быть, по убеждению авторов, создана сильная, социально устойчивая и нравственно-ориентированная экономика, способная обеспечить независимость России, конкурентоспособность экономики страны и будущее ее многонационального народа.

Виктор Вениаминович Букреев,

кандидат экономических наук, доцент, руководитель Центра управления собственностью и развития предпринимательства Высшей школы приватизации и предпринимательства – института

Эмиль Николаевич Рудык,

доктор экономических наук, профессор Академии труда и социальных отношений  

Перейти к  статье "Какими должны быть народные предприятия в России"