Главная       Дисклуб     Наверх   

 

 Монголия: независимость – дело тонкое

 

И кто только не зарится на страну синего неба и белых юрт – Монголию! Еще недавно остряки ерничали: «Курица не птица, Польша не заграница», «Монголия – самая независимая страна в мире, ибо от нее… ничего не зависит». Жизнь, однако, откорректировала этих юмористов, да еще как! Все видят, кем является сегодня Польша, чем она пышет, прежде всего в сторону России. Ну а Монголия на деле доказывает, как многое и многие от нее сегодня зависят.

Улан-Батор был моей первой длительной загранкомандировкой – более двух лет заведовал там отделением ТАСС. Побывал во многих аймаках, и писать было о чем: о протуберанцах на Солнце, изучаемых сыном скотовода, кандидатом физико-математических наук Цовоху, о раскопках доктора исторических наук Сэроджава, доказывавшего, что Монголия была не перевернутым, а вывернутым котлом (не зря возникла Великая китайская стена, а монгольская столица была на территории нынешнего Китая), об аратах (скотоводах), о шахтерах Налайхи – всего не перечислить. «Дописался» до медали Найрамдал («Дружба»), а тогдашний первый секретарь ЦК Монгольской народно-революционной партии (МНРП) Юмжагийн Цеденбал подарил собрание своих сочинений и «крутые» по тем временам японские часы «Сейко», которые, кстати, ходят по сей день. Воочию убедился, что в отношениях между нашими народами действовал неписаный закон – кодекс доброжелательности. Спустя годы понял и то, что у Монголии есть какая-то необъяснимая, может мистическая, особенность: она не отпускает (разумеется, в памяти) тех, кто побывал на ее земле. Потому-то и слежу регулярно за событиями, происходящими у нашего южного соседа. Делать это без МОНЦАМЭ (монгольского информационного агентства), понятно, было бы невозможно. И вот какой предстает сегодня республика.

 

Монгольская поступь

Главное событие, конечно же, выборы президента страны. 26 июня монголам предстояло отдать предпочтение одному из трех претендентов. По требованию избирателей антикоррупционное ведомство опубликовало данные об их доходах. У Миеэгомбына Энхболда (Монгольская народная партия) общий доход составил за прошлый год 91 миллион тугриков, у него три дома стоимостью 1,1 миллиарда тугриков. Халтмаагийн Баттулга (Демократическая партия) заработал 180 миллионов тугриков, он владеет недвижимостью стоимостью 921,9 миллиона тугриков. Сайнхуугийн Ганбаатар – из Монгольской народно-революционной партии (МНРП), которая находилась у власти не одно десятилетие. У него 22 миллиона тугриков дохода, квартира стоимостью 88 миллионов тугриков, автомобиль «Тойота». По сравнению с другими кандидатами он явно бедноват. По идее, ближе к народу, которого природа веками учила быть спартанцами, аскетами. Но времена меняются. В сегодняшнем Улан-Баторе – небоскребы, полно коттеджей, вилл, на улицах – иномарки. И столько соблазнов… Поэтому  у избирательных урн было неизвестно, как оно всё будет...

А было следующее. Х. Баттулга (ДП) набрал 38,6 процента голосов. М. Энхболд (МНП) – 30,7 процента. Оба они прошли во второй тур голосования. Представитель избирательного штаба МНРП заявил на срочно собранной конференции, что правящая МНП и оппозиционная ДП нарушали положения Конституции страны и закона «О выборах»: они подкупали избирателей, платя им по 20–50 тысяч тугриков. Выборы, по его словам, превратились в коррупционную кампанию. 

Второй тур завершился 7 июля, на два дня раньше запланированного срока. Победу в нем одержал представитель оппозиционной Демократической партии Х. Баттулга. Он набрал 50,7 процента голосов. Этого достаточно для того, чтобы стать пятым по счету главой монгольского государства.

Обстановка до второго тура голосования была непростой. Конечно, сказался и общий настрой в стране, развивающейся и вширь, и ввысь. Прошлый год стал рекордным по разведению скота. Его поголовье возросло на 9,9 процента и составило 61,5 миллиона голов, в том числе 3,6 миллиона лошадей, 4 миллиона коров, 27 миллионов овец, 25 миллионов коз.

Порадовал и урожай прошлого года – собрано 460 тысяч тонн пшеницы, 153 тысячи тонн картофеля, 93,5 тысячи тонн овощей. Внутренние потребности в пшенице и картофеле удовлетворены на 100 процентов (еще недавно было 40–50). Надо бы побольше овощей, однако климат не благоприятствует. Но дело, кажется, поправимое. Жители аймака Умнеговь собираются снять нынешним летом первый урожай клубники. Там с помощью японцев и корейцев строятся теплицы, где будут выращиваться также помидоры, лук, арбузы, тыква (рядом пустыня Гоби).

ООН и Индия помогли открыть в Государственном университете первую лабораторию по выращиванию рыбы. Воочию видишь: кто чем может старается подсобить Монголии. Так, из космического центра Кеннеди (штат Флорида) запущен первый монгольский спутник «Мазаалай», названный в честь редкого в пустыне Гоби медведя. Он открывает возможности проводить самостоятельные космические исследования, сделать более точной географическую карту страны, оповещать и предотвращать стихийные бедствия.

Американский астронавт Базз Олдрин гостит в Улан-Баторе. На многочисленных встречах он заверяет, что через пятьдесят лет на Марсе будут нести службу 50 человек.

Япония и Южная Корея участвуют в строительстве близ монгольской столицы нового аэропорта «Хушигт». Он сможет принимать 3,5 миллиона пассажиров в год. В городе Дархане Германия ведет реконструкции местной ТЭЦ.

Китай оказал Монголии безвозмездную помощь в размере 2 миллиардов юаней. Она будет использована при перепланировке юрточных кварталов с целью обеспечения граждан благоустроенными квартирами и снижения загрязнения воздуха.

В Сингапуре глава государственной монгольской компании «Монатом» Г. Цогтсайхан заявил на конгрессе по вопросам горнорудной промышленности, что в Монголии существуют большие возможности для выработки атомной энергии. По запасам урана Монголия входит в первую десятку в мире. Урана в стране больше, чем золота и серебра. В одной тонне гранита – 25 граммов урана.

Запасы угля в районе Таван Толгой – 6,4 миллиарда тонн. В течение трех лет его годовая добыча достигнет 15 миллионов тонн. Запланировано возведение города с населением 40 тысяч человек.

В Дели открылся Центр культуры Монголии, а в Улан-Баторе с успехом прошли дни венгерской культуры.

Сотрудники монгольской полиции отравляются в Италию повышать свою квалификацию, а Всемирный банк выделил Монголии 54,4 миллиона долларов на реализацию проекта «Энергия».

А. Энхбатор – первый монгол, окончивший Южно-корейский институт морского транспорта и рыболовства. Он поведет в море монгольские суда. Просится вопрос: а не вкралась ли тут ошибка, ведь Монголия не морская страна? А вот и нет. В апреле Экономическая и Социальная комиссии ООН для Азии и Тихого океана организовали в Улан-Баторе консультативную встречу 12 развивающихся стран, не имеющих выхода к морю. Решено создать в монгольской столице Международный центр, который займется разработкой мер по формированию эффективных систем транзитных перевозок с учетом связей между транспортом, международной торговлей и экономическим ростом.

Кстати, мало кто знает, но Монголия когда-то имела отношение к морю. Историческая же память неистребима. Она, как и гены, нет-нет да дает о себе знать. Монголы, наследники империи великого Чингисхана, в этом не исключение, а само правило. Сделать экскурс в далекое прошлое их заставила, с одной стороны, гордость: ведь чингисхановский отпрыск Кублай-хан правил империей от восточных берегов Китая до Черного моря, его корабли бороздили просторы Тихого океана, достигая даже острова Ява. В 1281 году хан послал суда, чтобы завоевать Японию, и завоевал (как тут не гордиться?!). С другой стороны, удариться в воспоминания монголов заставило отчаяние. Располагая озерами Хубсугул и Баганур, которым иные моря и в подметки не годятся, они чувствовали себя настоящими моряками. Из Советского Союза непрерывно шла переброска товаров, и на жизнь, и на заработки никто не жаловался. Но после распада СССР порт Хатгала, как и весь монгольский флот, захирел, подвергся безжалостной приватизации. Часть барж затонула, другую пустили на металлолом. Остался буксир, изредка используемый для перевозки туристов либо заезжих ученых. Моряков теперь можно по пальцам пересчитать. Но сохранились историческая память и убеждение в том, что жить без моря – все равно что пребывать в запертой юрте. За подвижниками – превратить сугубо сухопутную страну в морскую – дело не стало: они нашлись и в правительстве, в парламенте. В общем, морской процесс, как говорится, пошел.

 

Не нужен нам берег монгольский?

МОНЦАМЭ – как рог изобилия, из которого сыплются сообщения, отображающие жизнь нашего южного соседа. Но вот что поражает: Монголию обхаживают, стремясь проникнуть во все ее ниши, далекие и ближние государства. Однако обиняком стоит, к сожалению, Россия, чьи автографы, включая, конечно, прежде всего предшественника, Советский Союз, по сей день видны на необъятных монгольских просторах. Возникает законный вопрос: почему, в чем дело, отчего стал не нужным нам монгольский берег?

Впрочем, в гуще сообщений информагентства попадаются и такие новости: «В монгольской столице прекратила работу последняя школа, где преподавание велось на русском языке».

Или еще новость: «Флагман горнорудной промышленности – медно-молибденовый комбинат «Эрдэнэт» теперь полностью монгольский: Россия продала принадлежащие ей 49 процентов акций этого предприятия».

Читать это, признаюсь, горько. В годы работы в Монголии неоднократно приходилось бывать в Эрдэнэте, который строили плечом к плечу с монголами в суровых климатических условиях посланцы всех республик Советского Союза. Раз Россия продала акции, значит, запамятовала тяжкий труд своих сыновей и дочерей. Хотя, с другой стороны, чему удивляться, ведь мы живем во времена торгашей. Уже четверть века как распродается, разворовывается наследие отцов и дедов. И все-таки вопросы остаются.

В сообщениях МОНЦАМЭ, как правило, «дежурные» темы монголо-российских отношений: например, делегация прибыла в Улан-Батор или Москву, а затем отбыла на родину. Напоминаются и годовщины. Так, по случаю 96-летия установления дипотношений между Улан-Батором и Москвой министр иностранных дел Ц. Мунх-Оргил дал агентству интервью, в котором в общих чертах рассказал о взаимных визитах в последние два года. Было обращено внимание на то, что Монголия хлопочет о выделении кредита в 100 миллиардов рублей, которые будут предназначены на реализацию проектов в железнодорожной, энергетической и транспортно-дорожной отраслях. Разъясняется принятая в Ташкенте на встрече глав государств Монголии, РФ и Китая «Программа создания экономического коридора «Монголия – Россия – Китай» и «Соглашение между таможенными организациями о взаимном признании результатов таможенного контроля, проведенного в отношении отдельных видов товаров». Цель этих документов – обеспечить условия для расширения и развития трехстороннего сотрудничества посредством увязки инициативы Монголии «Степной путь», российского предложения по созданию «Евразийского экономического союза» и китайской инициативы «Экономический пояс Шелкового пути». Сейчас идут согласования проектов по созданию этого экономического коридора.

Есть, конечно, и другие задачи, проблемы, но освещаются они, прямо скажем, недостаточно. Президенты Монголии и России определили рубеж: двусторонний товарооборот должен достичь одного миллиарда долларов. Задание выполняется, но все равно необходимо ускорение. В Россию, например, не идет козий пух, а на Монголию приходится треть его мирового производства. Только 10 процентов остается его в стране, остальное вывозится в Китай, который является основным торговым партнером Монголии (Россия – на втором месте).

Мир приходит к монголам, преодолевая Китайскую стену. 90 процентов всего того, что производится в Монголии, нацелено на Поднебесную. Очень много и ввозится оттуда. У китайцев на первом месте экономика, они предпочитают действовать с помощью создания мелких и средних предприятий, а также сферы услуг. Есть своя методика у Южной Кореи, Японии. Россию не разделяет с Монголией какая-либо стена, но у нее, похоже, пока нет своей программы выхода на монгольский рынок. В страну устремляются только крупные российские компании, которым, как говорится, только подавай на разработку золотые прииски, угольные разрезы. Иначе действовать, как, скажем, Китай, они не хотят или ленятся.

 

Отведем ли беду от Байкала?

Стремительный выход Монголии на международную арену, ее открытость, безусловно, способствовали ее бурному экономическому росту. За последние 15 лет темпы развития были самыми высокими в мире. С 2005 до 2014 год ВВП прибавлялся в среднем на 8,9 процента в год. А это порождало новые проблемы: прежде всего для горноруднодобывающих отраслей и первичной обработки сырья потребовались в первую очередь дополнительные энергетические мощности.

Энергетики предложили построить на реках Селенга, Эгийн-Гол и Орхон каскад из трех ГЭС. Но дело в том, что эти водные артерии – главные в стране, они пополняют озеро Байкал. Экологи тотчас забеспокоились: строительство сократит стоки на 10–12 кубометров в год, а это почти 20 процентов вод, поступающих в озеро. Стало быть, прекратится миграция ряда видов рыб, загрязнится водосток и заилится дельта Селенги, являющейся природным фильтром воды, поступающей в Байкал. Сразу вспомнилась судьба Аральского моря.

Данный вопрос встал на повестку дня не вчера. В 2012 году Россия уже сорвала план строительства ГЭС, добившись отсрочки решения Всемирного банка, который намеревался профинансировать стройку. Через три года монгольская сторона заявила, что данный проект закрыт. Но сейчас выяснилось, что финансирование стройки в размере одного миллиарда долларов предложил китайский Экспортно-импортный банк.

Монголия ведет очень взвешенную, многовекторную политику, отдавая предпочтение странам, не обладающим значительным политическим влиянием, как, например, Канада, Австралия. Соединенные Штаты, Китай, да и Россия, не охотно допускаются (имеются в виду инвестиции) на монгольский рынок. Но подвернулась возможность, и Китай (дружественная нам страна) решил воспользоваться ею. И воспрепятствовать этому сложно. По мнению директора Центра исследований постиндустриального общества доктора экономических наук Владислава Иноземцева, Россия, списав в 2003 и 2010 годах 11,3 миллиарда долларов монгольского долга СССР, сама лишилась рычага давления. Предложить какие-то инвестиционные проекты соседям мы не можем: нет денег и технологий. Так что перспектива строительства ГЭС остается, надеяться приходится лишь на то, что с наполнением водохранилищ будет все в порядке и экологическая катастрофа, даст Бог, не случится. Правда, в запасе имеется еще один вариант – сократить минимум на 30 процентов цены поставляемой в Монголию российской электроэнергии, стоимость которой монголы считают завышенной. Но электроэнергия в России частная (о чем многие россияне, видимо, не знают), а Байкал как бы ничейный. Как будут разворачиваться события, покажет время.

Зарубежные эксперты уверяют, что Монголия, взвешенно проводя «политику третьего соседа», знает, где надо остановиться. Ее намерение прежнее: быть нейтральным государством, не допускать размещение на своей территории иностранных объектов. Но ведь США и НАТО – искусители еще те…

На положительный исход наводят, впрочем, нюансы. В Польше с успехом прошла демонстрация документального фильма «Дзуд» (этим словом называют беду, когда пастбища покрываются глубоким снегом, а в придачу трещат морозы, от стихии гибнет скот, требуется много сил, чтобы пережить эту напасть). Рассказывая о мужественных степняках – аратах, автор ленты Марта Миронович приводит любопытные подробности. В частности, отмечается, что монголы больше, чем алкоголю, подвержены азартным играм в кости и карты, во время которых они ставят все, что имеют.

«Наша киногруппа заметила, – рассказала Марта, – что у монголов любовь к России сильнее, чем к Китаю. Впечатление такое, что всякое зло идет из Поднебесной. Появились большие клещи – тут же комментарии: эта зараза поползла наверняка от южного соседа. Но главное – монголы не могут забыть аннексию Внешней Монголии, которая была их исторической землей. Но в XVII веке этой территорией овладели маньчжуры. Проходят века, а горечь потери не убывает».

Второй нюанс – любовь и уважение монголов к маршалу Победы Георгию Жукову. Свою первую звезду Героя Советского Союза полководец получил за разгром японских захватчиков на Халхин-Голе. Монголия тоже удостоила его высших наград – трех орденов Сухэ-Батора, двух орденов Боевого Красного Знамени. Золотую звезду героя Монголии Георгию Жукову вручили в 1969 году, в год 30-летия победы на Халхин-Голе. Маршал был тронут до слез.

В Улан-Баторе, в доме, где жил вместе с семьей после приезда из района Халхин-Гола Георгий Константинович, был основан единственный за рубежом Дом-музей маршала Жукова. Рядом с ним – трехметровый величественный памятник – бюст Георгия Жукова из красного гранита на фоне перевернутой трапеции с высеченной звездой и надписью: «Памяти Г.К. Жукова». «Маршал Жуков – почетный гражданин не только Улан-Батора, но и всей страны, – подчеркнул в интервью газете «Новости Монголии» первый заместитель директора Улан-Баторского филиала РЭУ им. Г.В. Плеханова профессор Л. Дугаржав. – У памятника цветы, и не только по праздникам и годовщинам. Дом-музей принимает посетителей. Из документов видно, что в 1971 году Жуков попросил оказать ему помощь в лечении инсульта. И тогдашний первый секретарь ЦК МНРП Юмжагийн Цеденбал отправил в Москву народного целителя Р. Биханза, и тот поднял маршала с постели. Монголы были, есть и будут благодарным народом». Так считает представитель старшего поколения монголов. Как поведут себя молодые, покажет время и практика...

 

Анатолий Петрович Шаповалов,

журналист-международник