Главная       Дисклуб     Наверх   

 

Большого взрыва не было!

Трудно не согласиться с суждениями В.А. Ацюковского по поводу подавления науки в России, и в частности по поводу страха критически затрагивать некоторые ее разделы, так или иначе связанные с теорией относительности (ТО), в его статье «Под гнетом плюсквамперфекта» («ЭФГ» № 37-38, 2006). Несметный поток шумовой информации в околонаучной прессе и на телевидении, раскручивающих всевозможные чудеса самых разных направлений, в том числе касающихся и ТО, и «взрывов Вселенной», и «черных дыр», и т.п., просто сделал неслышимыми слова истинной российской науки. Обывателя пугают «звездными войнами», «гравитационными волнами» и прочими продуктами PR, долженствующими держать в послушном онемении психику людей.

Отечественным ученым как будто бы не запрещают говорить и писать, но их труды, публикуемые на собственные сбережения, остающиеся от мизерной зарплаты, выходят в микротиражах! Такая «гласность», реализующаяся при полном безучастии государства, практически эквивалентна действию самых строгих карательных мер. Естественно, что в подобной ситуации даже академик не в состоянии обнаружить своих единомышленников на необъятных просторах России и увидеть, как эти единомышленники в меру своих возможностей, расчищают, в частности, завалы, образованные именем Эйнштейна.

И к счастью для отечественной науки, в борьбе за реабилитацию эфира и классической физики участвуют немало российских ученых, в том числе и помимо названных В.А. Ацюковским. Их неугомонность, как показывают публикации, имеет своим началом всё ту же неудовлетворенность, а именно: затруднительность получения практических приложений ТО и слабая ее физическая аргументация при наличии всё усложняющегося математического аппарата. Поэтому они снова возвращаются к осмыслению экспериментов Майкельсона.

Да, ожидаемый результат – определить скорость движения Земли в космическом пространстве с помощью света (интерферометра Майкельсона) – получить не удалось. Но отрицательный результат в науке – тоже результат! Сам Майкельсон по поводу эксперимента 1881 года написал лишь в отчетной статье, что «гипотеза неподвижного эфира ошибочна» (Бернард Джефф. «Майкельсон и скорость света». М., 1963, с. 63).

Из возникшей ситуации были возможны два выхода. Первый – полное отрицание эфира. По нему и пошли создатели ТО, взявшись за разработку математических абстракций, до сих пор не поддающихся простому физическому объяснению. Кстати, сам Майкельсон «довольно долгое время неприязненно относился к теории относительности и почти никогда не упоминал о ней в лекциях и выступлениях» (там же, с. 84).

Но есть и второе направление ума. А не поискать ли физическое объяснение результата Майкельсона в предположении подвижности эфира? По этому направлению пошли некоторые наши отечественные ученые, и это дало свои всходы.

К счастью для российских (точнее, советских) ученых, на их вооружении оказались современные метрологические средства. Выяснилось, во-первых, что измерить с помощью фазоизмерительного прибора типа интерферометра Майкельсона разницу времени возврата двух разнонаправленных от одного и того же источника на одинаковое расстояние световых лучей по фазовому сдвигу колебаний между ними принципиально невозможно (Иноземцев А.Г. и др. «Тайны теории относительности, природы и жизни». М., 2005, с. 60). Разница фаз одной и той же расщепленной волны (одного и того же расщепленного луча) в этих условиях всегда будет равна нулю, что фактически и подтвердили опыты Майкельсона. Иными словами, если бы во времена Майкельсона существовала современная метрологическая наука, полученный им результат можно бы было спрогнозировать заранее, не прибегая к математическим чудесам ТО. То есть в классическую науку, опирающуюся на принцип относительности Галилея, для объяснения результатов экспериментов Майкельсона не требовалось вносить никаких поправок, тем более не имеющих понятной для всех физической интерпретации, таких как сжатие пространства, растяжение времени, изменение массы!

И, во-вторых, предположение о подвижности среды («эфира») подтвердилось. Более того, оно позволило открыть новую физическую закономерность – «частотный эффект относительности» (ЧЭО), сущность которой может передана следующими словами: «При относительной неподвижности излучателя и приемника, но при движении среды (в том числе и вакуума) между ними со скоростью V частота принимаемых периодических структур, воспринимаемых как колебания любой физической природы относительно частоты излучений f со скоростью распространения С, всегда односторонне уменьшается на величину, пропорциональную квадрату отношения V/C».

Это не доплеровский эффект изменения частот, когда излучатель и приемник волновых колебаний подвижны относительно друг друга и при их взаимодействии появляются колебания разностной частоты, пропорциональной отношению скорости их относительного движения к скорости распространения волн в разделяющей их среде. Этот эффект с успехом применяется в системах противовоздушной обороны.

Когда же речь идет о ЧЭО, то рассматривается перемещение с некоторой скоростью между неподвижными излучателем и приемником волновых колебаний самой среды.

Его открытие подтверждено теоретическими и экспериментальными исследованиями, а также практическим внедрением самых высокоточных промышленных систем фазовой навигации (там же, с. 86). Неоспоримость проявления ЧЭО доказывается, в частности, результатами многих проведенных высокоточных частотно-фазовых измерений в области молекулярной акустики, гидроакустики и фазовой радионавигации в условиях проявления относительной подвижности соответствующих сред.

И что характерно – с помощью этого эффекта легко даётся объяснение таким явлениям, как «красное смещение», «чёрные дыры», «реликтовое радиоизлучение» и другим космическим феноменам, без привлечения аргументов ритуально загадочной теории относительности, доступной для понимания лишь избранными. Смысл этого объяснения сводится к тому, что частоты принимаемых электромагнитных волн от космических источников, удаленных друг от друга (и от Земли) на большие расстояния, из-за относительной подвижности эфирной среды между ними всегда должны смещаться в красную область без всяких представлений о доплеровском эффекте (т.е. без представлений о расширении Вселенной в результате какого-то «взрыва») и далее проходить стадии «потемнения» по мере их рассеивания и поглощения «эфиром».

Таковы открытия наших физиков.

Но вот современное видение проблемы ТО некоторыми отечественными математиками, специализирующимися в области топологии.

 «Некоторое время назад рассуждения о складывании скоростей двух тел (поезда, несущегося со скоростью V, и фотона, испускаемого его прожектором со скоростью С) и утверждения о том, что их сумма, даже при увеличении скорости поезда близкой к С, всё равно не превысит одной скорости света, могли еще казаться доказательством теории относительности. Однако ныне сама постановка вопроса, в котором тела явно принадлежат к разным пространствам существования, выглядит нонсенсом. <…> Под натиском эмпирических данных ученый был вынужден констатировать независимость скоростей тел разной структурной сложности, фактически принадлежащих разным (полярным) пространствам существования. Под давлением необходимости учитывать случаи внешне связанного состояния тел, принадлежащих разным пространствам (например, источающая фотоны света восковая свеча, стоящая на неподвижном столе), но при страстном желании как-то соотнести одно с другим Эйнштейну не оставалось ничего другого, как провозгласить инвариантность законов движения тел в разных пространственных нишах и ввести два допущения в виде постулатов специальной теории относительности. Неэксплицированность глубинных связей и сущностных оснований данных явлений серьезным образом обесценивает специальную теорию относительности, превращает ее в веру и лишает конструктивности» (Терегулов Ф.Ш. Генетическая теория Вселенной. Уфа, 2006, с. 240).

И далее. «Рассматривая сингулярные решения уравнений общей теории относительности, надо иметь в виду, что возникающее из них некое пространство как мера расщепления материи есть только пространство возможностей структурного свертывания как меры времени.

Понимание Вселенной как постепенно, повсеместно реализующихся возможностей генетической увязки полярных проявлений материи [в процессах не только свертывания, но и развертывания] позволяет по-иному объяснить феномен «разбегающихся» галактик. На самом деле никакого расширения и удаления небесных тел друг от друга не происходит.. <…> Миллионы галактик группируются в скопления, между которыми наблюдаются громадные пустоты («войды»). Вследствие этого прохождение фотонов (исходных полярных проявлений начальных структурных образований материи) как связующих элементов между масштабно структурированными новообразованиями происходит с некоторым замедлением, время прохождения формально увеличивается, а ложно принятое постоянство скорости света в вакууме приводит к выводу об увеличении расстояния между небесными телами. Инструментально фиксируемое нами, землянами, так называемое красное смещение (доплеровский эффект) выдается нам за экспериментальное подтверждение этой гипотезы.<…> [На самом деле] «наблюдаемый Доплер-эффект может быть объяснен этапными структурными усложнениями, идущими во всем космическом ареале с привлечением продуктов распада из ближайшего окружения и сопровождающимися разрежением межгалактического пространства. Фактически имеет место изменение пространственно-временных отношений. Растет временной показатель и углубляется пространственный раскол материи, что проявляется для электромагнитных излучений так называемым красным смещением в световом спектре <…>.

В общем, во Вселенной нет ничего необъяснимого и сверхъестественного. В результате [радиально-сферических схождений-расхождений материи] можно наблюдать и отдельные пространственно-временные обособления, и возникновение окружностей, рукавов и других фотометрических особенностей. Но в целом… механизм взаимодействия электрических и магнитных силовых линий способен объяснить всё многообразие форм проявления материи во Вселенной. Нет никаких методологических ограничений для объяснения наблюдаемых (и даже ненаблюдаемых на сегодня) разновидностей всевозможных структурных образований Вселенной на основе дифференциации и генетического взаимодействия исходной однородности [материи] и [ее] вещественно-полевых образований.

Какие следствия вытекают из такого понимания становления Вселенной? А такие.

Во-первых, никакого Большого взрыва, как такового, не было. И, во-вторых, не может быть продуктивным понятие сингулярности как точки, в которой исходно была сосредоточена вся материя и которая характеризуется сверхплотностью, сверхвысокой температурой и т.п. качествами» (с. 241–246).

Как можно видеть, два подхода: один от физики, другой от математики – привели нас к одному и тому же результату. Из этого факта сам собой напрашивается вывод: по-видимому, естественные науки, а вместе с ними и наше миропонимание, вступили на новый диалектический виток своего развития. И это естественно, поскольку таков путь познания истины!

Впрочем, нет ничего сверхъестественного и в позиции ревнителей ТО, запрещающих, как констатировано в статье В.А. Ацюковского, ее критику. Здесь срабатывает не только привычка «так думать», но и привычка с «загадочного» получать дивиденды.

Но, невзирая на эти запреты, хочется закончить свое выступление по поводу состояния отечественной науки известными всем образованным людям словами: «А она всё-таки вертится!»

Феликс Фёдорович Тягунов, кандидат технических наук

Москва